Большие данные и не меньшие перспективы

Как появился термин big data? С какими трудностями могут столкнуться студенты, осваивающие профессию бизнес-аналитика? Где и как искать работу в этой сфере? На эти и многие другие вопросы ответили академический директор образовательной программы «Бизнес аналитика и большие данные» (Master in Business Analytics and Big Data — MiBA), заведующая кафедрой информационных технологий в менеджменте ВШМ СПбГУ Татьяна Гаврилова, а также ее коллега — советник банка «ВТБ», куратор проекта по трансформации программы MiBA Василий Гаршин.

«Бизнес аналитика и большие данные» (Master in Business Analytics and Big Data — MiBA)

Татьяна Альбертовна, какие преимущества дает высшее образование в сфере анализа больших данных?

Татьяна Гаврилова: Каких-то сверхпреимуществ, которые дает высшее образование именно в сфере больших данных, наверное, нет, но появляется возможность получить междисциплинарные знания. Есть люди с синтетическим умом, которым интересно заниматься на острие технологий, использовать в своей работе все, что дает современная наука. Мы бы хотели, чтобы образование в этой области позволило таким людям работать на профессиональном уровне.

Сегодня мы вступаем в новую предметную область — анализ данных, по которой подготовка у нас в стране долгое время не велась. А сейчас в мировом бизнесе наблюдается отчетливый тренд — принятие решений на основе данных. Это не субъективный подход или же только теоретический, а способ посмотреть, что было раньше и что будет в будущем, проанализировать реальность, чтобы потом на основе этого анализа принять решение. Именно такой подход позволит нашим студентам работать во многих областях — биологии, биохимии, управлении производством, проектных организациях и многих других сферах. В этом и заключается наше основное преимущество, ведь анализ больших данных сейчас есть везде.

А как сформировался этот тренд? Когда люди решили перестать брать данные, что называется, с «потолка»?

Татьяна Гаврилова: Этот переломный момент был связан с технологическими революциями: разговоры об увеличении информационного потока начались во времена появления компьютеров, но особенно актуальной эта тема стала сейчас. Сегодня практически все оцифровано, человечество пользуется мультиканальными средствами связи и не расстается с гаджетами. Стало просто невозможно не анализировать и отмахиваться от этих данных — их нужно пускать в дело. И хотя данных всегда было много, сейчас их стало несоизмеримо много — человек уже не способен обрабатывать их вручную. Поэтому на помощь пришли информационные технологии (IT), которые и породили этого «монстра» — big data, а затем помогли нам научиться с ним общаться. Так и появилась специальность аналитик больших данных (big data analyst). Потом стало ясно, что нужен не только аналитик, но и менеджер, поэтому возникли knowledge-analyst и knowledge-manager. Мы наблюдаем особый интерес к этой сфере в последнее десятилетие.

Василий Гаршин: Хочу отметить, что не было такого резкого скачка, когда мы вдруг начали принимать решения исходя только из данных. Технологии развивались постепенно, компьютеры становились сложнее, процессы тоже. Во время обучения мы как раз хотим показать студентам этот эволюционный путь, а не просто подготовить специалистов с «хайповой» профессией. Очень часто возникает ощущение, что data-scientist, появившийся в организации, решает очень много проблем, забывая все, что было до этого. Наша цель — готовить людей с более широким взглядом, которые способны посмотреть на ситуацию под большим количеством углов благодаря своему более продвинутому кругозору. Именно это мы считаем главным преимуществом нашей программы.

Какие еще навыками будут отличать выпускников этого «хайпового» направления?

Татьяна Гаврилова: Такая «хайповость» связана с тем, что у рынка, как всегда, имеются сверхожидания, в том числе по поводу data-scientist. Это и правда сейчас очень популярное направление, которое можно назвать «бандвагоном» (bandwagon) — вагоном, который идет в нужном направлении. На своем опыте я пережила уже несколько «бандвагонов», последним из них, куда все пытались заскочить, был искусственный интеллект. Кстати, наши выпускники будут хорошо владеть интеллектуальными технологиями, потому что мы включаем в наши курсы все основные его разделы: обработку естественного языка, машинное зрение и обучение, обучение нейросетей. Так как это мировой тренд, его нельзя игнорировать, ведь весь мир движется в сторону интеллектуализации.

Думаю, именно наши выпускники будут больше готовы к реальной работе, так как мы готовим их на практике — они используют данные реальных компаний. Даже защита диплома у нас организована в виде работы в командах (парах). Время одиночек давно прошло, сейчас никакую задачу один, даже самый гениальный сотрудник решить не сможет. Они не попадут в такую ситуацию, когда при приеме на работу им скажут: «Забудьте все, чему вы учились. Сейчас наступает реальная жизнь». Кроме того, их обучение будет идти на английском языке. Поэтому основными их преимуществами станут широкий кругозор, интернационализация и готовность к практической работе.

Возможен ли успех в данной сфере для самоучек — тех, кто не получил академического образования, а, к примеру, окончил онлайн-курсы?

Татьяна Гаврилова: Интересный вопрос. Учитывая, что у профессии аналитика есть много градаций (с одной стороны этой шкалы находится бизнес, а с другой — машинная обработка), то самоучкам легче находиться ближе к машинной обработке. У такого обучения есть свои плюсы, но оно имеет очень точечную форму: это похоже на поход по ярмарке, когда ты можешь набрать в мешок товаров из разных ларьков, которые тебе нравятся. Но есть и другой вариант — закупка с гидом-экспертом (shopping assistant), который рассказывает, и показывает, где выгоднее, где качественнее, указывает дорогу к ларькам, которые по незнанию можно легко пропустить, но при этом там всегда можно обнаружить более интересные и полезные вещи. Такая прогулка — аллюзия на академическую форму обучения. Обучение без учителя — это всегда дольше, ведь опыт очень сильно экономит время, а также помогает выстроить стройную систему знаний в голове студента.

Часто ли студенты могут лично пообщаться с представителями этой сферы, добившимися успеха?

Татьяна Гаврилова: Очень часто. Каждый четверг к нам приходят представители бизнеса, чтобы провести лекцию, поговорить со студентами и передать свой опыт. Среди них — специалисты ВТБ, «Газпрома», «Северстали» и многих других компаний. Они с радостью идут на контакт. Причем каждый курс ведут двое — практик и преподаватель ВШМ, поэтому наши студенты всегда обеспечены возможностями общения и консультаций.

Выпускники чаще нацелены на работу в частных компаниях или в государственных предприятиях?

У нас есть Центр карьер ВШМ СПбГУ, который помогает ребятам с выбором, однако многие получают предложение (оффер) еще во время написания диплома. Большие данные есть как у больших корпораций, так и у маленьких IT-компаний, которые зачастую занимаются изучением данных крупных предприятий. IT-компании — это вообще отдельная планета со своей атмосферой, которая сейчас, как мне кажется, является одной из самых интересных на рынке.

Василий Гаршин: Замечу, что, по различным оценкам экономистов, государственный сектор занимает в экономике России существенную долю, поэтому надо ориентироваться и на крупнейшие государственные компании, и на госкорпорации в качестве потенциальных работодателей. Не имеет особого значения, что выберет выпускник — частный бизнес или же государственное предприятие. Он справится со всем. Могу еще добавить, что постичь весь менеджерский трек в одиночку не представляется возможным. Этим и сильно наше направление: мы можем дать возможность студентам изучить всю структуру целиком, а не только получить какой-то конкретный навык.

Дают ли компании задания для студентов во время обучения?

Татьяна Гаврилова: В менеджменте это называется «кейс-чемпионат» — соревнования, которые проводят компании, причем они состоят из заданий, непосредственно связанных с практической работой. Правда, крупные корпорации не всегда хотят делиться своими данными с большим кругом лиц, поэтому студенты нередко подписывают договоры о неразглашении. Зато это дает возможность делать дипломные работы исключительно на реальных данных.

Василий Гаршин: Кроме того, за весь период обучения у студента само собой собирается портфолио, так что они не выходят из Университета с пустыми руками.

Какой совет вы могли бы дать тем, кто только задумывается о профессии бизнес-аналитика?

Татьяна Гаврилова: Я бы советовала им подружиться с библиотекой, можно и с виртуальной. Нужно много читать и расширять свой кругозор. К тому же студентам необходимо больше общаться — поддержка важна, ведь в будущем эти люди могут сформировать ваш профессиональный круг.