Перезагрузка: Просим освободить помещение!

Многие помнят фразу Воланда из «Мастера и Маргариты» Булгакова: «Обыкновенные люди... в общем, напоминают прежних, квартирный вопрос только испортил их». Эту фразу иногда относят исключительно к жителям столицы: «Квартирный вопрос сильно испортил москвичей». Но, как оказалось, квартирный вопрос силен и в Северной столице... Можно также вспомнить еще «Историю государства российского от Гостомысла до Тимашева» А. К. Толстого: «Земля наша богата, порядка в ней лишь нет...».

В общежитиях СПбГУ системное наведение порядка началось осенью 2011 года, когда ректор предложил Д. В. Михайлову, председателю студсовета физического факультета, стать директором Студгородка. Их встреча прошла по итогам процедуры заселения в общежития новых, только что зачисленных студентов СПбГУ. Тогда такая процедура занимала не менее трех дней! Председатели студсоветов физфака и ПМ-ПУ по собственной инициативе организовали студентов старших курсов для помощи первокурсникам. Далеко не все должностные лица Студгородка были рады такой помощи со стороны студсоветов (Студгородок: прошлое и настоящее). Многие годы Студгородок жил своей закрытой жизнью. Поэтому предпринятые в 2010 году первые попытки нового руководства Университета навести порядок в учете и предоставлении жилого фонда в общежитиях встретили активное противодействие. Нужен был новый руководитель Студгородка!

В ходе работы по оказанию помощи в поселении первокурсников у студентов (физиков и прикладных математиков) возникало множество вопросов, и вопросов важных. Сколько же всего мест в общежитиях? Сколько из них свободных? Сколько занято? Кем занято? Им объясняли так: «Весь учет ведут коменданты общежитий». И порой показывали студентам разграфленные тетрадки в клеточку (туда вписывались фамилии проживающих, зачеркивались, вписывались новые...). И это в начале XXI века! (Студгородок: прошлое и настоящее)

В ходе поселения студентов в 2011 году стало понятно, что даже коменданты не до конца представляют себе (или делают вид, что не представляют), как используются те или иные комнаты и подсобки в общежитиях.

Какой выход? Для того чтобы управлять и распоряжаться, для того чтобы использовать помещения, вначале необходимо было узнать, чем Университет владеет. По поручению ректора была создана специальная комиссия. Сотрудники Студгородка вместе с представителями Студсовета СПбГУ, профкома сотрудников, профкома студентов ходили и осматривали все здания. И обнаружили много такого, о чем прежде могли только догадываться.

О том, как начиналась эта работа, рассказывают члены Профкома сотрудников СПбГУ: заместитель председателя профкома по социальной работе Татьяна Александровна Трубинская и председатель жилищно-бытовой комиссии профкома сотрудников Людмила Николаевна Кокоулина.

Инвентаризация жилых мест

Вспоминает Т. А. Трубинская (в начале 1980-х она работала сначала инженером, а потом младшим научным сотрудником кафедры коллоидной химии):

Проблемы, которые мы пытались тогда решить, копились в Университете больше 30 лет. Еще в начале 1970-х годов естественники стали переезжать, как тогда говорили, в Петергоф. Первыми были физики, затем математики, а потом и химики (в 1983 году). Новые помещения (после переезда из здания на Среднем пр. В. О., д. 41) нам казались большими, просторными, да и иногородних студентов было гораздо меньше, чем сегодня. Высотные здания общежитий на ул. Ботанической строились, заселялись. Мест хватало всем, кто там учился.

Как мы выяснили в ходе проверок, перед администрацией растущего Студгородка тогда, в 1970-е — 1980-е годы, стояла задача: найти надежных сотрудников для работы в общежитиях — комендантов и ремонтных рабочих. В те годы успешно работал Петродворцовый часовой завод, там обеспечивали хорошие условия для работников, и нужно было, в том числе, конкурировать и с ними. Тогда в Университете сложилась практика: брали на работу с предоставлением жилой площади в общежитиях. И даже выдавали какие-то ордера — с не очень понятным юридическим статусом этих документов. Но этот факт юристы Университета установили не так давно.

А тогда доля иногородних студентов была гораздо меньше, чем сегодня (уже не первый год она превышает 70 % от общего числа поступивших на первый курс). В общежитиях были свободные места, и туда поселяли не только преподавателей, но и электриков, сантехников, кровельщиков, комендантов, уборщиц, дворников. Работало «телефонное право», и (кроме работников ЛГУ) жилые помещения Университет предоставлял каким-то посторонним лицам. Все они незаконно поселялись на места, предназначенные для обучающихся (ведь общежития строились для студентов).

Проблема остро встала в конце нулевых, когда в результате приема в вузы по итогам ЕГЭ число иногородних студентов каждый год стало увеличиваться. Помню, как С. Г. Еремеев, который тогда был председателем профкома сотрудников, говорил, что Петергоф — это уже далеко не новостройка. И здания, где работали химики, физики, математики, и общежития уже «состарились», требовали постоянного ремонта. А это означало, что нужно было выводить жилые площади из эксплуатации, чтобы была возможность их отремонтировать. Число мест в общежитиях как-то резко стало сокращаться.

С чего вы начали? Как к этой работе подключились сотрудники профкома?

Т. Трубинская: В 2011 году к нам обратился проректор по эксплуатации материально-технической базы Г. С. Васильев с просьбой оказать помощь и провести ревизию жилых мест в общежитиях. Мы начали с полной инвентаризации. Кроме членов жилищно-бытовой комиссии профкома сотрудников, этим занимались представители Студсовета СПбГУ и профкома студентов, работники Студгородка (в каждом здании нас сопровождал комендант).

Л. Кокоулина: В инвентаризации жилого фонда участвовали члены жилищно-бытовой комиссии профкома сотрудников от петергофских факультетов (физики, химики, математики). Мы распределили общежития, чтобы не ходить толпой и провести осмотр быстрее и качественнее.

Т. Трубинская: Вместе ходили и осматривали все помещения по порядку. Выясняли и записывали, сколько комнат занято, сколько пустует, в каком они состоянии, как используются нежилые площади. Например, видели, что часть коридора выгорожена под кладовку какого-то одного конкретного проживающего и, конечно же, вовсе не студента. А иногда — то, что часть помещений на этаже отгорожена железной решеткой для частного пользования, а общий доступ в эти «покои» закрыт.

Первая масштабная инвентаризация после введения в 70-е годы прошлого века общежитий в эксплуатацию длилась несколько месяцев: с ноября 2011 по март 2012 года. Эти данные стали основой для принятия дальнейших решений об использовании помещений (Студгородок: прошлое и настоящее).

Т. Трубинская: Также определяли, где в комнатах и жилых блоках требуется ремонт: например, отстают обои, плотно не закрывается окно, сильно подгорела плита, продавлена кровать, подтекает раковина или унитаз. Председатель жилищно-бытовой комиссии профкома сотрудников Л. Н. Кокоулина — инженер по образованию, она нас подробно инструктировала, на что обращать внимание при осмотре помещений. По результатам мы составляли акты осмотров.

Л. Кокоулина: Выясняли техническое состояние фонда. Иногда отмечали, что целые блоки нужно выводить из эксплуатации — например, необходимо отремонтировать санузлы или заменить стояки. Бывали и более мелкие замечания: потеки от протечек на потолке в комнатах верхних этажей, разбитые двери или двери без замка, испорченное покрытие пола: полкомнаты покрыто плиткой, другая половина — просто бетон...

Т. Трубинская: Мы выяснили, что сотни мест в общежитиях были заняты посторонними лицами (не студентами) — преподавателями и другими работниками Университета, проживавшими там уже много лет. А еще больше мест было занято людьми, совсем посторонними для Университета. Когда-то кто-то позволил им на каких-то условиях заселиться в общежития. Причем многие из них живут в наших общежитиях 10–15, а то и 20 лет. У некоторых за эти годы и десятилетия уже выросли дети, появились внуки, а они вместе с разросшейся семьей продолжают жить в студенческом общежитии и считают эту ситуацию нормальной, само собой разумеющейся.

Л. Кокоулина: Во время проверки выяснилось, что порой некоторые работники Университета занимают значительно большие площади, чем это оформлено договором. Среди них были, например, и те, кто получил место в общежитии как не имеющий жилплощади в Санкт-Петербурге, а за время проживания в общежитии он уже обзавелся городской квартирой, но продолжал жить в общежитии, свою же городскую квартиру при этом сдавал в аренду за деньги. Руководители хозяйственных подразделений совсем «не видели берегов». Например, тогдашний главный инженер Миронов занимал целый этаж в общежитии № 16. Некоторые бывшие работники Студгородка имели не одну комнату, а целый блок (пять мест) на семью. Или даже два блока (десять мест): в одном жила семья сотрудницы, а в другом — семья ее дочери.

В начале 1990-х 10–15 % нанимателей легко получили у тогдашнего директора Студгородка ордера на проживание (с регистрацией в общежитии). В студенческих общежитиях это запрещено, но ей как-то удалось это сделать. Некоторых таких владельцев ордеров не удалось выселить до сих пор. Каждый из них живет с семьей, а некоторые занимают не одно-два, а четыре, восемь и даже десять мест (то есть несколько комнат).

Т. Трубинская: Кто-то при этом имел квартиру в другом районе Петербурга, но ему удобнее было сохранить жилье в петергофском общежитии, чтобы, например, приехать вечером, переночевать и утром следующего дня спокойно идти на занятия. Или сотрудница жила с мужем в общежитии, а у него, как оказалось, имелась квартира в собственности в другом районе. На заседании комиссии они утверждали, что они в разводе, но «живут вместе, чтобы не травмировать детей», а детям — больше 20 лет!

То есть на одной чаше весов — личное удобство того или иного преподавателя, а на другой — острая необходимость найти свободные места (или освободить незаконно занимаемые), чтобы поселить всех обучающихся. Признаюсь, мне было по-матерински жалко смотреть на проректора Г. С. Васильева, который бился, освобождая жилые места, чтобы осенью поселить туда новых первокурсников. И так каждое лето! А ведь заранее (до формирования списков поступивших в Университет) неизвестно, сколько будет желающих поселиться в общежитиях. Помню, они с директором Студгородка Д. В. Михайловым строили специальные графики за несколько лет — для учета проживающих студентов и прогнозирования числа мест, требуемых для заселения новых студентов.

В ходе проведенной инвентаризации жилых помещений было установлено, что общее число мест, занятых в общежитиях Университета посторонними лицами и преподавателями, на начало 2012 года составляло 1282, причем 146 мест были заняты лицами, имеющими право проживать по ордерам, судебным решениям и иным «бесспорным» юридическим документам (Справка о состоянии дел в общежитиях, Материалы ректорского совещания от 2 апреля 2012 года)

Освобождение мест в общежитиях

Еще в 2012 году в Студгородке началась работа по освобождению жилых мест для поселения обучающихся. В том числе:

  • осенью 2011 года был налажен электронный учет проживающих и обеспечена техническая возможность ознакомления с этими данными представителей общественных организаций СПбГУ
  • все гостиницы, магазины, сауны, мастерские были закрыты; хозяйственные и другие службы Университета были переведены из общежитий в другие здания СПбГУ; в освобожденных помещениях проводились ремонты и обратные перепланировки
  • рабочие места начальников участков общежитий, завхозов, работников РЭУ, а также бельевые, камеры хранения переводились из жилых блоков в нежилые помещения на первых этажах зданий общежитий (только в результате этих действий для поселения студентов освободилось 50 мест)
  • в жилые помещения были переоборудованы так называемые люксы в общежитиях № 3, № 4, № 13 и № 19, которые использовались, как говорили студентам коменданты общежитий, «для поселения гостей Университета». В результате было получено еще 190 мест (121 из них на Васильевском острове)
  • переоборудование «учебных классов» на втором этаже в общежитии № 13 дало еще 45 жилых мест
  • началось выселение нанимателей, незаконно проживающих в студенческих общежитиях

Студгородок: прошлое и настоящее, глава «Освобождение жилых мест и ремонты»

Освобождение жилых мест в общежитиях тоже происходит с участием рекомендаций жилищно-бытовой комиссии профкома сотрудников?

Т. Трубинская: Прежде всего выселялись лица, которые не являлись работниками Университета. А для универсантов вначале применялось «уплотнение». Вопрос решали индивидуально в каждом случае, но ввели общее правило: один работник — одно место (плюс супруг / супруга и несовершеннолетние дети).

Активисты профкома сотрудников СПбГУ договорились, чтобы Юридическая клиника СПбГУ помогала универсантам консультациями. Тогда была установлена норма для всех: один человек — одно место, и плюс с сотрудником СПбГУ могли проживать супруг / супруга и несовершеннолетние дети (до 18 лет). Во всех остальных случаях решили рассматривать вопрос индивидуально. Например, одно дело, когда дети сотрудника — студенты, другое — когда дети сами работают, и т. п. (25.06.2012: ( Материалы ректорского совещания от 25 июня 2012 года).

В основу правил поселения работников в студенческие общежития были положены эти принципы, которые рекомендовал Профком сотрудников СПбГУ. Правила были объявлены заранее. Тех работников, которые жили в общежитиях, но с которыми договоры не были продлены, заранее предупредили о выселении. Работали с проживающими, по возможности старались пойти навстречу сотрудникам во всех сложных случаях и решали вопросы индивидуально. Например, у кого-то проживает престарелая мать, которой нельзя отказать в жилье. Для поселения студентов освободятся дополнительные места, которые очень нужны Университету ( Материалы ректорского совещания от 9 июля 2012 года).

Л. Кокоулина: Был взят курс на выселение нанимателей, не являющихся обучающимися СПбГУ. На каждого из них было заведено судебное дело о выселении. Постепенно число выигранных судебных дел росло, особенно в последнее время. Это качественно изменило ситуацию. Вовсю работают судебные исполнители...

Перспективы

Что же дальше? Как, по Вашему мнению, затянувшийся жилищный вопрос может быть решен? Какие предложения?

Т. Трубинская: Жилищно-бытовая комиссия профкома сотрудников ведет учет работников Университета, которые стоят в городской очереди на получение жилья (то есть они официально признаны нуждающимися в жилой площади). Сейчас, по данным на 2020 год, таких универсантов 38 человек, и 11 из них проживают в наших общежитиях.

Кроме того, в жилищно-бытовую комиссию можно обратиться, чтобы узнать о жилищных программах, действующих в городе. Но есть проблемы с участием работников СПбГУ в этих программах, потому что СПбГУ находится в федеральном подчинении, а многие из этих программ ориентированы узко — на работников городских вузов (тех, чье финансирование идет из городского бюджета). Может быть, наши юристы помогут внести изменения в нормативную базу?

Есть, как нам кажется, резерв и внутри Университета — бывшее общежитие № 7 на ул. Халтурина, д. 15, корп. 3 в Старом Петергофе, которое в 2015 году было переоборудовано под служебное жилье для сотрудников Университета. При поселении в эти служебные квартиры был объявлен конкурс, и выигравшие в нем заселились. И мы все радовались, что для многих жилищный вопрос был решен.

Л. Кокоулина: Наша комиссия ведет списки нуждающихся в улучшении жилищных условий. Когда был конкурс на служебные квартиры, эти списки обсуждались в коллективах факультетов, и деканы составляли приоритетные списки. Часть квартир Университет оставил в резерве — для нештатных ситуаций (для поселения приглашенных ученых и преподавателей). Каждый год из проживающих в «семерке» выбывает и заселяется по 3–4 человека, но десятки квартир по-прежнему стоят не заселенные.

Т. Трубинская: Претендовать на эти служебные квартиры могли только научно-педагогические работники. Мы же (профком сотрудников) стоим на стороне тех, кто социально не защищен. И поэтому предлагаем администрации Университета расширить список тех, кто может претендовать на служебную площадь, распространить его на другие категории работников СПбГУ. Например, на учебно-вспомогательный персонал.

Насколько помню, на эти квартиры претендовали не просто научно-педагогические работники, а выдающиеся. Те, кто приносит ощутимую пользу для Университета, в работе которых Университет заинтересован... Поэтому и конкурс был объявлен — с четкими, сравнимыми показателями научной активности. Получили те, кто был в верхних строчках рейтинга.

Т. Трубинская: В общежитиях Университета в 2014 году проживали 118 сотрудников СПбГУ с семьями. За пять лет их число снизилось до 28. Кто-то сам решил свои жилищные вопросы, кому-то помог Университет, кого-то выселили (в том числе и в судебном порядке). Для того чтобы снять социальную напряженность, мы предлагаем использовать ресурс служебного жилья. На тех же базовых правилах: сотрудник со своей семьей пользуется жильем только пока работает в Университете. Либо пока он не сможет получить иное жилье.