Эксперт СПбГУ рассказала, как банки могут защитить права владельцев карт

С начала пандемии количество электронных платежей многократно выросло, и вместе с тем участились случаи мошенничества, однако банки не всегда готовы встать на сторону потребителей при возникновении спорных ситуаций. В своей диссертации на тему «Защита прав клиентов банков при расчетах с использованием платежных карт» выпускница Санкт-Петербургского университета Татьяна Микони рассмотрела особенности проведения безналичных расчетов в России и предложила свой вариант решения назревших проблем.

Расчеты с использованием банковских карт стали популярны в России относительно недавно, поэтому было очень интересно узнать из вашей диссертации, что развитие мирового карточного рынка началось еще в 50-е годы XX века. Как вы считаете, насколько активно в нашей стране сегодня развивается законодательство в этой области?

Действительно, рыночная экономика в Российской Федерации довольно молода по сравнению со всем миром, хотя электронные расчеты и платежные карты появились у нас более 20 лет назад. Последние годы законодательство в этой сфере развивается очень интенсивно. Во-первых, был принят федеральный закон «О национальной платежной системе», который стал настоящим прорывом и сегодня является главным актом в области электронных платежей, во-вторых, Центральный банк выступает активным регулятором, постоянно принимая как нормативные, так и носящие рекомендательный характер акты. В частности, в последнее время ЦБ работает над различными документами, которые уточняют, как банки должны информировать клиентов об использовании платежных карт и иных финансовых инструментов.

Российское законодательство в области электронных платежей, безусловно, требует совершенствования: будь оно идеально, наверное, не появилось бы повода для написания работы. Я считаю, что главное направление его развития должно быть связано с усилением защиты интересов клиентов банков, поскольку увеличивающаяся сложность самих расчетов и нарастающая динамика современной жизни уже не позволяют потребителю адекватно воспринимать, что он делает и как необходимо поступать. К сожалению, это часто приводит к злоупотреблениям со стороны банков, особенно это заметно при анализе судебной практики. Пока законодательство оставляет для банков возможности закреплять в договорах такие условия, которые в дальнейшем приводят к тому, что в итоге суды встают на их сторону и не защищают клиентов. Мне кажется, что это должно решаться не через судебную практику, а на законодательном уровне, по крайней мере в части разработки каких-то отдельных положений. Например, информирование владельцев платежных карт может осуществляться путем размещения не только правил, но и инфографики, которая позволяла бы лицу, получающему карту, наглядно представить и понять основные правила ее использования.

В своей работе вы рассматриваете проблемы, которые возникают в результате недостаточной защищенности интересов держателей платежных карт. Не могли бы вы, пожалуйста, на примере объяснить, с какими сложностями может столкнуться человек, который привык расплачиваться преимущественно банковской картой?

Сейчас существует много видов мошенничества, они достаточно разнообразны. Часто процесс обмана рассчитан так, что человека ставят в стрессовую ситуацию, когда он не в состоянии принять разумное решение в силу своей неподготовленности к ней. Зачастую потом он даже не может объяснить, почему поступил так, а не иначе. Распространена ситуация, когда гражданам поступают звонки с целью узнать пароли и коды или СМС-сообщения о том, что якобы на их счет случайно были переведены денежные средства.

Я считаю, что банки могут уменьшать эти риски. В этом направлении действительно предпринимаются определенные шаги, но их недостаточно. Банк должен лучше акцентировать внимание пользователя на том, что существует такая опасность, регулярно предупреждать об этом, принимать меры для предотвращения подобных случаев. В частности, мы все знаем, что есть несколько банков, чьим именем часто представляются мошенники. Люди более осведомленные воспринимают такие звонки как шутку, но мы понимаем, что их количество в процентном соотношении на самом деле очень невелико. В силу того, что все социальные выплаты у нас переведены на карты, услугами этих основных банков пользуется большая часть населения страны. Они просто не знают о мошенничестве, хотя для нас это очевидно. При этом банки не предпринимают каких-либо активных мер, направленных на предотвращение подобных ситуаций. Между тем, информирование о том, что звонки могут поступать только с определенного номера, можно делать более активным, например с помощью навязчивой рекламы, которую невозможно не заметить. Сейчас оповещение от банков совершенно ни к чему не обязывает.

Как бы вы предложили защищать права владельцев платежных карт?

Наверное, основным механизмом здесь может стать перенос большей части рисков на кредитные организации. Сейчас после того, как произошла мошенническая операция и деньги были списаны, клиент вынужден идти в суд и доказывать, что он ничего не нарушал. Мы ведь не знаем споров, в которых этим бы занимались представители банка, они просто списывают со счета потребителя денежные средства. Если это была операция, к примеру, на десять тысяч рублей, нужно понимать, что для человека это значительная сумма. К тому же теперь ему нужно найти хорошего юриста, оплатить его услуги, не запутаться и понять, как правильно поступить, и это, конечно, для него крайне обременительно.

Теперь давайте представим обратную ситуацию: если бы банк был обязан сначала вернуть деньги клиенту, а потом взыскивать их через суд, полагая, что потребитель нарушил какие-то правила и это привело к мошенническим операциям. У банка есть юридический отдел, где такие дела поставлены на поток, есть все ресурсы и возможности, и подача такого заявления для него не стала бы чрезмерно сложной. Да, это потребовало бы мелких затрат, и банковские юристы подумали бы, стоит ли их нести, но если бы они понимали, что клиент явно не соблюдал условия договора и дело будет выигрышным, то направили бы иск в суд. Такое распределение обязанностей было бы более правильным, поскольку, с одной стороны, дало бы банку больше стимулов предотвращать такие ситуации, а с другой стороны, более правильно позволило бы распределить убытки; более сильный субъект изначально был бы заинтересован в том, чтобы доказать нарушение порядка использования платежной карты.

Как вы считаете, есть ли возможность сделать это общей практикой?

Я верю в лучшее. Опыт иностранных правопорядков показывает, что это возможно, существуют соответствующие регуляторные механизмы. Обычно используется многофакторная система, учитывающая сумму операции или иные обстоятельства. Поэтому я надеюсь, что в ближайшей перспективе законодатель предпримет шаги по внесению изменений, в частности, в закон о национальной платежной системе, учитывая то, что проблема усугубляется, поскольку у нас есть не только банковские карты, но и множество других платежных сервисов.

Вы также отметили, что, согласно буквальному смыслу нормы части ФЗ «О национальной платежной системе», платежная карта является не электронным средством платежа, а техническим устройством, что является юридическим дефектом, и банковская практика это подтверждает. Может ли некорректно сформулированное определение навредить обычному человеку?

Практика проигнорировала эту неточность, и профессиональное сообщество сделало вид, что такой проблемы нет, поэтому в своей работе я отмечаю, что каких-либо негативных последствий для потребителя не возникнет. Тем не менее как юрист я не могу не отметить, что аккуратность юридической техники очень важна. От толкования определения зависит применение или неприменение других норм. Так, при буквальном толковании могло получиться, что некоторые нормы, в том числе и направленные на защиту интересов держателей платежных карт, не стали бы применяться. Сейчас этого не произошло, однако необходимо быть аккуратными при формулировании дефиниций и соблюдать правила юридической техники.

Расскажите, пожалуйста, про вашу защиту. У вас была возможность выбрать, в каком формате будет проходить защита — традиционном или онлайн?

Это был мой сознательный выбор — защищаться в Университете, несмотря на то, что когда я начинала писать свою работу, еще не было новых правил СПбГУ, которые существенно отличаются от общих правил защиты, и уже в процессе написания работы мне пришлось принимать решение, что я пойду по этому пути. Это стало определенным испытанием, но для меня это был принципиальный момент, потому что вся моя жизнь связана с Университетом. Здесь я получала высшее образование, начала преподавать и работаю уже много лет, поэтому мне хотелось защититься в alma mater. Я ознакомилась с правилами и поняла, что это реально, а в таком случае почему бы не попробовать.

Что касается формата мероприятия, реальная жизнь внесла свои корректировки, поэтому мне особо не пришлось выбирать: было понятно, что представители коллектива кафедры не смогут приехать, и с моей стороны было бы неправильно просить их об этом. Так что на защите в аудитории присутствовали лишь я и председатель диссертационной комиссии, а все остальные члены диссовета участвовали дистанционно. Сначала у меня были опасения, что могут возникнуть проблемы со связью, но все прошло хорошо, и я очень благодарна отделу, который занимался технической частью. Мне кажется, что в современном мире надо привыкать к онлайн-формату. С точки зрения проведения защиты это на самом деле удобно. Безусловно, есть свои минусы, но есть и плюсы, которые сложно отрицать.

Кандидатская диссертация, отзывы рецензентов, заключение диссертационного совета и видеозапись защиты Татьяны Сергеевны Микони доступны по ссылке.