Историческая архитектура и память о море: как развивается креативный процесс в петербургском урбанизме?

Участники второй встречи Дискуссионного клуба выпускников СПбГУ, прошедшей в исторических интерьерах особняка Кельха, обсудили, какие функции выполняют креативные пространства и что определяет их идентичность.

СПбГУ открыл виртуальный тур по особняку Кельха.

В дискуссии приняли участие доцент Санкт-Петербургского университета, заведующая кафедрой цифровых медиакоммуникаций Камилла Нигматуллина, главный редактор архитектурного журнала «Проект Балтия» Владимир Фролов и независимый медиатор Варвара Корнева.

С 2016 года в Санкт-Петербурге действует программа по развитию креативных пространств — открытых территорий, ставших площадкой для самовыражения, свободного общения и встреч творческих людей. Горожане привыкли проводить досуг на Новой Голландии, посещать в выходные выставки и концерты в «Севкабель Порту», а также других культурных центрах, которые, как сегодня кажется, существуют уже давно. В числе современных проектов, не являющихся традиционными креативными пространствами и тем не менее популярных, можно упомянуть ресторан транзитного трудоустройства «Вход с улицы», позволяющий бездомным выучиться на повара и получить работу, и кафе «Огурцы» при инклюзивных мастерских для людей с особенностями развития.

Если идентичность пространства определяют его резиденты, то какой признак объединяет петербуржцев как сообщество? По словам Камиллы Нигматуллиной, им может оказаться концепт воды — уникального достояния Петербурга, которое есть не у каждого европейского города. Сочетания «город на Неве» и «Северная Венеция» стали неофициальными названиями города и отражают эту идею идентичности. «Ряд городов, например Осло, Гамбург или Хельсинки, имеют такие же географические особенности. Там люди, заканчивая рабочий день, действительно выходят в гавань и плавают, ужинают на лодке, принимают гостей там вместо своей гостиной, — рассказала она. ― Когда вы последний раз плавали на доске для сапсерфинга по Карповке? У нас в городе есть сообщества, которые этим занимаются каждый день, но по сравнению с пятимиллионным населением они крошечные». Несмотря на то, что в городе появляются проекты по развитию малых рек (один из них — создание открытой пешеходной набережной, над которым работает инициативная группа «Друзья Карповки»), выход на воду до сих пор воспринимается как событие.

Владимир Фролов не согласился с этой точкой зрения и подчеркнул, что появление Петербурга на берегах Невы стало решением важной для Петра I задачи по созданию выхода страны к морю, и три века спустя вода по-прежнему имеет для Северной столицы большое значение. «Этот ландшафт помнит о своем прошлом, о том, что это было гигантское Литориновое море, которое простиралось от современного Балтийского моря до Ладожского озера. И видно, что каким-то образом эта память присутствует в самом ландшафте, — отметил спикер. ― Мне кажется, особенный климат Петербурга, ощущение ландшафта дают идентичность людям, которые здесь живут, на таком уровне, который мы даже не сможем вербализировать. Думаю, в этом смысле мы морской город».

Неотъемлемой частью культурного кода петербуржца является интеллигентность, поэтому креативные пространства в Санкт-Петербурге у одних жителей ассоциируются с открытыми лекториями, библиотеками и другими местами, связанными с разного рода познаниями. Другие же утверждают, что интеллектуальная волна завершилась около десяти лет назад, а сегодня на таких площадках обычно просто работают кафе и звучит модная музыка. Как отметил Владимир Фролов, примером по-настоящему творческого культурного пространства, которое отличается от коммерческих площадок, является арт-резиденция «ШКАФ», появившаяся на базе районной библиотеки Красногвардейского района. Он подчеркнул, что ее появление стало существенным вкладом в создание идентичности спального района. Сейчас в арт-резиденции проходят лекции и выставки, также в ней располагается архитектурная фотогалерея «Точка», которую курирует журнал «Проект Балтия».

Тем не менее реконструкция зданий не всегда воспринимается горожанами положительно. «Креативный процесс в урбанизме — это трансформация городского пространства, а любая трансформация — это еще и некий слом идентичности. Если вместо завода, который все привыкли видеть, откроется выставочное пространство, всегда найдутся те, кто скажет, что не нужно было так делать», — заметила Камилла Нигматуллина. Смена не только внешнего облика, но и функционала зданий, по мнению Варвары Корневой, местным жителям может показаться неуместной, а миллионы туристов, не бывавшие там прежде, увезут домой положительные впечатления.

Умение оставаться интересным туристу — это тоже черта гибкости города.

Медиатор Варвара Корнева

«Я считаю, что для Санкт-Петербурга история в разных ее проявлениях очень важна, невозможно выбросить весь период ленинградской истории. Это будет сложно, хотя мы видим, что здания, которые строятся сейчас, хотят отличаться прежде всего от этого периода. Они становятся либо более современными, либо театрально-историческими, но нет случаев, в которых воспроизводился бы чистый модернистский стиль, ― рассказал главный редактор журнала „Проект Балтия“. ― Это говорит о некой травме, которую мы получили за советский период. Но повторю, что нам пора прекращать сперва ломать, а потом строить заново».

Подборка самых притягательных, по мнению туристов, мест Петербурга вряд ли совпадет со списком местного жителя, который пользуется этими пространствами. Важной для него в первую очередь становится не поиск точки для эффектной фотографии, а возможность посетить приятное для него место. Эта функция, которую исторически выполняли городские площади, в наши дни возложена на креативные пространства, которых пока еще недостаточно на территории города. И, по мнению Владимира Фролова, задача урбанистов заключается в определенной модерации, совмещении интересов туристов, горожан, представителей бизнеса в рамках одного проекта.