В поисках счастья: выпускница СПбГУ предложила научный подход к проблеме благополучия населения

Из каких факторов складывается ощущение удовлетворенности жизнью? Может ли рост доходов всех жителей повысить уровень общего счастья? Различается ли портрет «счастливого россиянина» в разных регионах страны?

Ответы на эти вопросы искала выпускница докторантуры СПбГУ, доцент Высшей школы печати и медиатехнологий Санкт-Петербургского государственного университета промышленных технологий и дизайна Людмила Киселева в докторской диссертации на тему: «Благополучие российского населения: архитектоника, субъективное восприятие и региональное своеобразие», которую она успешно защитила в СПбГУ.

Вопрос благополучия населения волнует, пожалуй, любого из нас и на первый взгляд может казаться несколько философским. Как соединить объективные индикаторы благополучия населения и его субъективное восприятие?

Вы абсолютно правы относительно того, что вопрос благополучия волнует каждого. Я не встречала ни одного человека, который бы, узнав, что я занимаюсь данной проблемой, отнесся к этому равнодушно. В научных исследованиях благополучие является предметом интереса философов, психологов, экономистов, медиков, политологов, социологов, и в этой связи сформировался огромный массив различных концепций, объясняющих, что такое благополучие. По результатам своих многолетних исследований я предложила целостную концепцию социологии благополучия как самостоятельной отрасли с сопутствующим терминологическим аппаратом, характеризующим ее, и прикладным инструментарием для оценки и измерения благополучия российского населения. То есть подойти к проблеме благополучия с научной точки зрения можно.

Докторская диссертация, отзывы рецензентов, заключение диссертационного совета и видеозапись защиты Людмилы Киселевой доступны по ссылке.

Хотела бы сделать акцент на том, что благополучие и счастье не следует считать синонимами. Благополучие ― это феномен, который можно постараться измерить через объективные показатели (доход, безопасность, здоровье, работа и другие), воспринимаемые людьми как удовлетворяющие или не удовлетворяющие их в определенный период. Счастье ― это «ускользающее» явление, аффект, наличие которого бывает сиюминутным, нестабильным и очень индивидуальным. Хотя однозначно установлено, что счастливый человек будет с более высокой степенью вероятности ощущать себя более благополучным, чем несчастливый.

Проблему соединения объективных индикаторов благополучия и их субъективного восприятия я решила путем сопоставления объективных показателей развития нескольких российских регионов с субъективными оценками благополучия жителей данных регионов. Такое сопоставление позволило выявить домены (области) благополучия ― экономический, социо-эколого-экономический, социальный и домен здоровья. Это означает, что атрибуты благополучия населения сосредоточены в этих сферах. Дальнейшие исследования позволили конкретизировать факторы благополучия населения. Они были разделены на две группы: доминирующие факторы благополучия, которые будут влиять на ощущение россиянами благополучия в абсолютно любом российском регионе; и региональные факторы благополучия, которые продемонстрируют специфический «местный» запрос на то, что же в данном регионе будет определять удовлетворенность жизнью.

Какими особенностями обладает понятие благополучия в нашей стране? Как изменилось его восприятие за последние 30 лет? Насколько сильно оно зависит от возраста респондентов и региона проживания?

Благополучие россиян зависит в первую очередь от экономического фактора. Доход, стабильность экономической жизни, достаточность средств для поддержания здоровья и лечения ― крайне важные, но не единственные слагаемые благополучия. Для людей также очень важны стабильная работа и хорошие отношения с коллегами, здоровье как способность быть энергичным, активным в любом возрасте. Для удовлетворенности жизнью люди остро нуждаются в гармоничном сочетании работы и отдыха, так как представители практически всех возрастных категорий недовольны чрезмерной, с их точки зрения, интенсификацией труда. Огромное влияние на благополучие населения оказывает удовлетворенность экологией, жилищными условиями, безопасностью. Доминантой благополучия выступает фелицитарный фактор, означающий, что чем счастливее человек, тем более он доволен жизнью, а счастье россияне определяют прежде всего как «благополучие в семье». Еще один важнейший фактор благополучия ― медико-технологический, акцентирующий внимание на состоянии медицины, компетентности врачей, профилактике хронических заболеваний.

В отношении перемен в восприятии россиянами благополучия на протяжении 30 лет я могу сослаться на исследования ученых Института социологии РАН. Они касались периода с 1990-х до 2017 года и показали, что, конечно же, за это время ситуация как с объективным, так и с субъективным благополучием начала меняться в сторону улучшения, хотя периодически бывали колебания субъективного благополучия россиян. Мои собственные наблюдения охватывали последнее десятилетие и, как я ранее говорила, нескольких российских регионов. В разные годы респондентам предлагалось из семи аспектов жизни выбрать три, которыми они более всего недовольны на момент опроса. Так вот за десятилетие тройка лидеров не изменилась. Россияне не удовлетворены доходом, жилищными условиями и экологией. Если говорить о восприятии благополучия в зависимости от возраста и региона проживания, то некоторые особенности будут заметны. В частности, для представителей старшего поколения восприятие своей жизни как благополучной будет сильнее зависеть от состояния здоровья, чем у молодых. В разных регионах наблюдаются различия по уровню удовлетворенности доходом, соотношением работы и отдыха, безопасностью.

Возможно ли построить универсальный портрет «счастливого россиянина», чтобы ориентироваться на него при создании государственных программ социально-экономического развития?

Попытка построить универсальный портрет «счастливого россиянина» мною была предпринята, однако сделать это удалось пока только на уровне отдельных регионов. Уж слишком большая у нас страна, чтобы выдать характеристики такого общероссийского «счастливца». Для анализа оценок счастья использовались нейронные сети, которые помогли найти закономерности в массивах данных, обнаружить неявные связи и закономерности между признаками. Например, счастливый мужчина в Санкт-Петербурге обладает следующими характеристиками: занят в сфере обслуживания на должностях специалиста либо руководителя, в возрасте 35–54 лет, может быть женат либо холост, высоко оценивает уровень удовлетворенности жизнью, оценивает состояние своего здоровья как «хорошее» и «скорее хорошее, чем плохое», считает, что заботится о своем здоровье. Счастливые женщины в разных регионах тоже обладают своими специфическими сходными характеристиками. Это любопытно с той точки зрения, что мы можем проанализировать, чего для счастья не хватает тем, кто не попадает в характеристики портрета. Но здесь государство не в силах сделать всех счастливыми. Например, не может выдать всех незамужних женщин замуж или устроить всех мужчин на работу руководителями.

При создании государственных программ социально-экономического развития целесообразно опираться на выявленные мною доминирующие и региональные факторы благополучия, поддающиеся выработке индикаторов их достижения. В этой связи в диссертационной работе была предложена модель стратегической архитектуры социально ориентированного благополучия населения региона. В рамках модели необходимо соотнести универсальные факторы благополучия и факторы с региональной спецификой. Впоследствии отразить отклонения в стратегических документах, нацеленных на развитие региона, таким образом, чтобы выявленные «зазоры» были устранены. Ведь неслучайно в каждом российском субъекте разрабатывается своя собственная стратегия социально-экономического развития региона, потому что картина благополучия населения и его достижения будет уникальной для каждого региона.

Насколько тесно связаны материальный достаток и ощущение счастья?

Конечно, материальный достаток и ощущение счастья связаны, но до определенного предела. Существует так называемый парадокс Истерлина, согласно которому население богатых стран в целом счастливее, чем население бедных государств, но в развитых странах, несмотря на рост ВВП на душу населения, субъективные оценки счастья не повышаются. Другими словами, рост дохода отдельного индивида делает его счастливым, однако повышение доходов всех жителей страны не увеличивает их общего счастья. Следовательно, на счастье оказывают влияние и какие-то другие факторы, кроме дохода.

В исследовании благополучия россиян также прослеживается связь между высоким доходом и благополучием. Но кроме этого удалось выявить положительную связь между состоянием в браке и благополучием, между высокой самооценкой здоровья и благополучием, между более высоким уровнем образования и благополучием.

В ряде стран действуют национальные инициативы по измерению благополучия — в частности, в Бутане используется индекс валового национального счастья. Как вы считаете, возможно ли создать в России программу по оценке удовлетворенности граждан жизнью и насколько это, на ваш взгляд, это было бы полезно?

В России за последние десять лет составлялось свыше 30 всевозможных рейтингов, в которых отображались те или иные аспекты качества жизни россиян, рассчитываемые различными организациями-составителями в разрезе регионов РФ и городов. Какие-то из этих рейтингов оказались жизнеспособными, какие-то составлялись однократно. Благодаря таким рейтингам можно узнать инвестиционную привлекательность региона, социальное самочувствие в регионах, эффективность губернаторов и другие аспекты. Однако комплексная программа по оценке благополучия населения на данный момент отсутствует. Замеры уровня счастья, проводимые ВЦИОМ, в данном случае не в счет, так как благополучие — это несколько другое явление. Безусловно, было бы полезно иметь представление о том, какие факторы благополучия являются ключевыми для конкретного региона и, соответственно, какие действия и в какой сфере необходимо предпринимать, чтобы люди были довольны жизнью.

Расскажите, пожалуйста, немного о том, как проходила ваша защита.

Я защищалась в период, когда действовали ограничения для проведения защиты в традиционном формате, поэтому часть членов диссертационного совета присутствовали дистанционно, часть — находились в зале. На мой взгляд, проведение защиты в дистанционном формате имеет свои преимущества. Например, экономия ресурсов, прежде всего временных, для иностранных членов совета и для членов совета из других городов России. Дистанционный формат позволяет присутствующим онлайн точно так же задавать свои вопросы соискателю, как если бы они присутствовали в зале. Думаю, что и после снятия антиковидных ограничений такой формат в случае необходимости можно и нужно использовать.

Сложно ли защищаться по собственным правилам СПбГУ?

Я обучалась в докторантуре СПбГУ, поэтому с самого начала имела представление о правилах защит в Университете и была готова к действующей процедуре. С моей точки зрения, в СПбГУ действует очень четкая, детально проработанная нормативная база процедуры защиты, отлично организовано документационное сопровождение всего подготовительного процесса. Все службы Университета, ответственные за процедуру, действуют настолько четко и синхронно, что особых сложностей не возникает.