Андрей Барановский: «Россияне принимают много лишних лекарств»

Количество людей, страдающих заболеваниями желудочно-кишечного тракта, ежегодно растет. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), только гастритом болеет больше половины жителей Земли. Однако благодаря препаратам новых поколений шансы на выздоровление стремительно возрастают.

О том, как действуют новые лекарства и как проходят их клинические испытания, рассказал главный гастроэнтеролог Северо-Западного федерального округа, руководитель Научно-клинического и образовательного центра гастроэнтерологии и гепатологии Санкт-Петербургского государственного университета Андрей Барановский.

Сегодня на фармакологическом рынке появляются лекарства, которые в разы лучше прежних: при сравнительно небольшой дозе они действуют быстро и практически не имеют побочных эффектов. Однако прежде чем препарат станет доступен всем больным, ученые должны проверить его эффективность и безопасность. Препараты нового поколения тестируют международные группы исследователей из разных стран, в том числе из России. Среди них — коллектив Научно-клинического и образовательного центра гастроэнтерологии и гепатологии СПбГУ под руководством Андрея Барановского. Ученые приняли участие в 20 международных исследованиях (грантах), посвященных разработке препаратов от болезней кишечника и печени. Так, недавно они завершили многолетнее тестирование препарата «Адалимумаб» от болезни Крона. Новое лекарство эффективно борется с аутоиммунным заболеванием, при котором организм начинает синтезировать антитела, разрушающие клетки отделов пищеварительного тракта.

Андрей Юрьевич, расскажите, как тестируют препараты нового поколения и насколько они эффективны?

Любое новое лекарство появляется в аптеках только после тщательной проверки, последний и самый важный этап которой — клинические испытания препарата на больных. Например, «Адалимумаб» тестировали в нашей исследовательской группе на 12 пациентах, каждому из которых мы подробно описали действие препарата и возможные побочные эффекты. Кстати, большинство больных, которым мы предлагали участвовать в испытаниях, согласились тестировать новое лекарство. Аутоиммунные препараты нового поколения стоят дорого, а участники клинических испытаний получают их бесплатно.

Главная задача препаратов от аутоиммунных заболеваний — блокировать «враждебные» молекулы, число которых стремительно растет. Если тестируемое средство эффективно, оно может облегчить состояние больного и вызвать ремиссию. В этом случае пациент со временем перейдет на менее сильные лекарства и, возможно, вообще перестанет принимать таблетки.

Участие в тестировании новых препаратов — это шанс выздороветь.

Вместе с тем всегда есть риск, что лечение будет неэффективным. Как только исследователи замечают, что тестируемый препарат не подходит, они прекращают терапию и переводят пациента на другое лекарство. Но надо учитывать важный момент: большинство клинических испытаний плацебоконтролируемы. Это значит, что одному из пяти больных назначат пустышку. Кому именно — не знают ни пациенты, ни исследователи. Однако перед началом испытаний мы всегда предупреждаем о существовании плацебо. Каждый участник тестирования подписывает документ — информированное согласие, что он берет на себя ответственность и понимает всю суть исследования.

В моей практике был случай, когда участие в клинических испытаниях буквально спасло жизнь пациенту с язвенным колитом. У меня был больной К., которого я наблюдал несколько лет. Ему не помогали никакие лекарства, кроме препаратов нового поколения. Сначала он получал их бесплатно в Комитете по здравоохранению, потом покупал самостоятельно. Со временем пациент оказался в сложном материальном положении. Тогда я предложил ему участвовать в тестировании нового препарата без плацебо-контроля, и он согласился. Терапия помогла, больной стал хорошо себя чувствовать, улучшилось психоэмоциональное состояние. Клинические испытания препарата длились восемь лет, а наблюдения — еще два года, и все это время пациент получал лекарство бесплатно. В целом участие в клинических испытания препаратов нового поколения для многих пациентов — это часто единственный способ получить эффективную терапию.

На ваш взгляд, почему люди стали чаще страдать от заболеваний ЖКТ?

Есть несколько причин, по которым число таких заболеваний не уменьшается и даже растет. Один из факторов — ежедневный стресс. Негативные эмоции могут стать спусковым крючком для многих заболеваний, в том числе аутоиммунных. Стресс влияет и на эффективность терапии. Кроме того, особую роль играет микробиота — совокупность микроорганизмов внутри человека. Например, микрофлора кишечника, помимо переваривания пищи, имеет функцию защиты организма от иммунных нарушений, интоксикации. Однако микрофлору портят лекарственные препараты: антибиотики, гормоны, противозачаточные, противовоспалительные препараты. Россияне принимают большое количество «лишних» лекарств, потому что в нашей стране, в отличие от Запада, многие препараты можно купить в аптеке без рецепта. Бездумный прием таблеток приводит к сбоям в работе кишечника, иммунодефициту.

Вместе с тем на российский фармрынок России не торопятся продвигать препараты нового поколения — они появляются в аптеках спустя три-пять лет. Так было и в 90-х годах, когда я тайно выписывал больным лекарства, которые они покупали в Финляндии, потому что у нас их было не найти. С тех пор ситуация не сильно изменилась: на закупку препаратов нового поколения выделяется все меньше средств, а импортозамещение в этой области отсутствует. Говоря о развитии заболеваний ЖКТ, отдельно отмечу непрофессионализм некоторых врачей. Иногда ко мне приходят пациенты, которых лечили по схемам, не соответствующим ни российским, ни европейским, ни международным рекомендациям. Результат неверной терапии — запущенные случаи, которые трудно поддаются лечению.

Еще несколько причин, провоцирующих заболевания ЖКТ всех групп, — экология, рацион и режим питания. К сожалению, сегодня проблема экологически чистых продуктов актуальна во всем мире. Насколько этот фактор «сыграет» в развитии заболевания, зависит от индивидуальных особенностей организма.

У современных людей есть свои пищевые привычки — к примеру, сегодня многие отказываются от мяса или практикуют лечебное голодание. Насколько это безопасно?

Действительно, среди моих знакомых много вегетарианцев. Мне кажется, что это веяние моды, но я не исключаю внутреннюю потребность отказаться от белков животного происхождения. Для людей после 45 лет вегетарианство допустимо. С годами надо уменьшать калорийность питания, и это довольно просто сделать, если отказаться от мяса. Однако вегетарианство совершенно не подходит детям и подросткам, ведь в растительной пище нет некоторых аминокислот, которые содержатся в белках животного происхождения. Из-за дефицита этих важных веществ в организме может случиться сбой в иммунной и эндокринной системах.

Что касается лечебного голодания или детокс-очищения, то они подходят только очень здоровым людям. Регулярное промывание кишечника солевыми растворами нарушает микрофлору, которая, как я говорил, важна для иммунитета. Правильное детокс-очищение можно провести, если регулярно соблюдать режим питания и питья: полтора — два литра любой жидкости и три — четыре приема пищи в день. При нормальной работе всех органов еда хорошо переваривается и усваивается, удаляются шлаки.

Центр гастроэнтерологии и гепатологии вошел в состав СПбГУ несколько лет назад. Как будет развиваться подразделение в ближайшем будущем?

Мы планируем создать в Университете мощный центр, который готовит врачей-гастроэнтерологов мирового уровня. Однако пока у нас есть трудности, которые, я надеюсь, мы быстро преодолеем. Во-первых, у нас пока нет разрешения на работу с реальными пациентами, а это один из залогов успешного обучения студентов. Во-вторых, сейчас мы вынуждены проводить клинические испытания препаратов в частной клинике, а не на базе СПбГУ, потому что не получена лицензия на этот вид деятельности. Надеюсь, что в ближайшее время этот вопрос решится, потому что клинические испытания в целом малозатратны и для исследователей, и для организации, в данном случае СПбГУ. Фирмы-разработчики препаратов заинтересованы в тестировании своих препаратов. Они формируют гранты научных исследований, а для выполнения их обеспечивают ученых и оборудованием, и условиями для работы, и, разумеется, соответствующим финансированием.