Гудок: Завтра придут те, кто умнее и сильнее нас

Так уж сложилось, что свой день рождения декан Юридического факультета СПбГУ, доктор юридических наук, профессор Николай Михайлович Кропачев отмечает практически одновременно с днем рождения университета — учреждения, которому он отдал лучшие годы своей сознательной жизни. В этом году у Кропачева и университета — юбилеи. Николаю Михайловичу исполнилось 45 лет. А вот Санкт-Петербургскому университету — 280 лет.

Вообще, мой собеседник — человек уникальный во многих отношениях. Он, молодой еще человек, — председатель Санкт-Петербургского Уставного суда. Задача этой сравнительно недавно созданной ветви судебной власти — проверять на соответствие Уставу Санкт-Петербурга все законодательные и другие акты, принимаемые в городе. В общем, это аналог Конституционного суда России, но в масштабах отдельно взятого субъекта Федерации.

Понятно, что на этой должности может находиться лишь профессионал своего дела, признанный коллегами, имеющий весьма значительный авторитет, и не только в юридическом сообществе. Действительно, в Санкт-Петербурге Николай Кропачев по праву считается одним из ведущих правоведов города. И тема нашей сегодняшней беседы его необычайно волнует. Речь идет об общем состоянии правовой и юридической грамотности современных граждан как Петербурга, так и России в целом.

Николай Михайлович, в современном обществе складывается определенное противоречие. С одной стороны, мы декларируем, что строим правовое государство. И действительно, пытаемся его строить. А с другой — рядовые, не связанные непосредственно с юриспруденцией граждане пока являются попросту неграмотными в вопросах знания и отстаивания своих прав. Нанять адвоката — удовольствие не из дешевых, и далеко не каждый может себе это позволить. А поэтому людей порой обманывают или пытаются обманывать — в жилищных конторах, в правоохранительных органах, в государственных структурах власти. Как быть в такой ситуации и можно ли ее как-то исправить?

Вы затронули тему, которая сейчас очень актуальна. Как это ни парадоксально звучит, но у нас неплохие законы. И основная задача сейчас состоит не в том, как их усовершенствовать. Главное, чтобы сам человек сознавал себя наделенным правами был готов их защищать. Когда придет новое поколение, для которого слово «права» связывается не со словом «наделение», а с термином «данные от рождения», вот тогда ситуация изменится кардинальным образом. Когда таких людей в нашем государстве будет подавляющее большинство, тогда и вопрос о защиты прав станет не столь актуален. Потому что человек, осознающий, что правами его никто не наделял, они принадлежат ему от рождения, будет уметь и защищать эти права как свою частную, личную собственность. Слава Богу, мы живем при Конституции, которая прямо говорит о том, что права даны нам с момента рождения, они нам принадлежат изначально. Но подавляющее большинство из нас, особенно люди старшего и частично среднего поколения, пока этого не осознают. Интересно, что не так давно именно на эту тему мне довелось выступать перед старшеклассниками двух петербургских школ. Я был убежден, что особой заинтересованности у слушателей не увижу. Тем более что мне и ранее приходилось выступать перед школьниками — еще когда я был студентом старших курсов университета, то есть 20 лет назад.

Но, к счастью, я ошибся. Те, советские, и нынешние школьники — это абсолютно разные люди, с совершенно разным, как принято сейчас говорить, менталитетом. Если 20 лет назад им нужно было долго и нудно втолковывать, что у них есть какие-то права, то сейчас они это прекрасно понимают сами, знают, где эти права записаны и готовы их защищать.

То есть для того чтобы исчезли подавляющая правовая безграмотность и апатия в России, должен измениться менталитет наших граждан.

Совершенно верно, и этот процесс уже активно идет. Ведь через пять — семь лет эти вчерашние школьники с «активным» отношением к своим правам станут таким же активным политическим и экономическим большинством в нашей стране. А через десять — пятнадцать лет будут занимать ключевые руководящие посты. При чем, хочу отметить, и в государстве, и, что самое главное, в обществе. То есть проблема, о которой мы с вами сегодня говорим, это проблема времени. Конечно, возможны обстоятельства, способные или ускорить, или за медлить этот процесс. Но, с моей точки зрения, остановить его уже невозможно. А самое главное, как бы и кто сегодня ни ругал наше государство и общество, кардинальные изменения в нем уже произошли. Прежде всего — изменения в человеческом сознании. И это вспять не повернешь. Вот подумайте. Ведь раньше обратиться в суд за защитой своих прав, которые ущемляются каким-то государственным органом, было практически невозможно. Для советских времен это был нетрадиционный, исключительный метод отстаивания своих прав. Теперь же обращение в суд или к общественности с целью оградить себя от чиновничьего произвола — совершенно нормальный и очень часто используемый метод. Еще один верный симптом проходящих перемен. Сейчас, как никогда, активно идет процесс создания общественных организаций. Судить об этом я могу на примере юридического факультета нашего университета да и других петербургских вузов. Вместо заформализованных «профкомов» и «парткомов» прошлого, в которые подчас загоняли народ из-под палки, сейчас сами собой появляются самые разные «объединения по интересам». Причем это свойственно не только вузовским студенческим коллективам, но и обычным школам. Я, например, совсем недавно с удивлением узнал, что мой сын избран... президентом класса. Причем, как оказалось, у них в школе «избирательная система» гораздо более демократичная, чем в нашем государстве. Никто никого не выдвигает, то есть своего мнения изначально не навязывает. Просто каждому раздается список всего класса, и «президентом» становится тот, за кого отдали больше всех голосов. Но... президентствует он всего три недели, а потом опять должен подтверждать свое право на лидерство на таких же выборах. Ребята все это придумали и организовали сами — никто их не заставлял, да их сейчас и не заставишь делать то, что им не нравится. Все это говорит только об одном. Нам на смену идет поколение, свободное изначально, свободное «по состоянию души». А такое глубинное чувство свободы невозможно без органического знания, что у тебя есть права и эти права отнять никто не сможет.

Конечно, их нужно учить юриспруденции, то есть научить классифицировать и пополнять хаотичную систему правовых знаний. Но не только этому. Я, например, глубоко убежден в том, что ребята должны хорошо знать, что было раньше, как жили мы, старшее поколение. Причем рассказывать им об этом нужно не в той уродливой форме, как это делалось в первые годы перестройки. Помните, тогда просто «признаком хорошего тона» считалось все огульно очернять и отвергать. А ведь и в том времени было немало плюсов. Например, чувство стабильности, которое нам давалось всей правовой и социальной системами. Подавляющему большинству людей свойственно стремиться к стабильности. Зная, что она у нас была, может быть, нынешние ребята смогут выстроить и усовершенствовать такую систему и в современном обществе. И прежде всего речь идет о стабильности законов и правил их применения. Чтобы человек мог четко планировать свою жизнь. Например, не так давно я смотрел дореволюционный Устав Санкт-Петербурга. Конечно, он мало походит на устав крупного современного мегаполиса, это скорее устав муниципального образования, как мы сказали бы сегодня. Но это все-таки акт, подписанный императором. Так вот, в одном из пунктов этого акта говорится о том, что если принято решение изменить налоги, то воплотить это решение в жизнь можно только... через три года. Согласитесь, нашей экономике и налоговой политике ох как далеко до такой вот стабильности. Мы пока дошли до того, что гарантируем стабильность налогов на один год. И то предпринимаются постоянные попытки нарушить это правило.

А выстроить систему повышения общего уровня юридической грамотности — это вполне возможно. Например, недавно отмечалась годовщина Устава Санкт-Петербурга. Мною было внесено предложение — чтобы в школах в рамках преподавания Конституции России изучался еще и Устав города. Неплохо было бы, чтобы законодательные акты, содержащие основные права человека и гражданина, издавались массовым тиражом и становились общедоступными, как, скажем, газеты. Об этом же говорил и полномочный представитель Президента РФ по Северо-Западу Илья Клебанов. То есть такая акция, видимо, уже обсуждалась на уровне Правительства и представительства Президента. А необходимые финансовые возможности у петербургских предпринимателей, издателей, законодательной и исполнительной власти, безусловно, есть.

Хорошо, дай Бог, чтобы новое поколение было умнее и свобод нее нас, лучше умело отстаивать свои права. Но... как быть пожи лым людям, которых сейчас, сего дня обманывают в ЖЭКе или на почте при получении пенсии?

Им нужно помогать. Забота о старшем поколении и социально не защищенных слоях населения — это первейший и главный признак любого правового государства. Формы здесь могут быть разные — и со стороны государственных структур, и общественных организаций. Приведу конкретный пример. Несколько лет назад на нашем юридическом факультете была создана и активно работает по сей день «Юридическая клиника». Хочу обратить внимание, что она именно так и называется — «клиника». В ней наши ведущие юристы абсолютно бесплатно консультируют малоимущих жителей Петербурга. Причем, как вы понимаете, консультации эти про водятся на достаточно высоком уровне. И сейчас эта практика получила широкое развитие в целом по городу. После нашей факультетской «клиники» в Петербурге появились десятки, если не сотни подобных бесплатных юридических консультаций, ориентированных на пенсионеров, инвалидов, многодетных матерей. Они работают при муниципальных образованиях города, в приемных некоторых депутатов Законодательного собрания, многие юридические консультации открыли у себя бесплатные отделения.

Да вот вам самый последний пример. Не так давно мы отмечали 60-летие полного снятия фашистской блокады Ленинграда. Накануне праздника Президентом был подписан целый ряд распоряжений, устанавливающих льготы блокадникам и ветеранам, освобождавшим город. То есть и Президент, и российское Правительство прекрасно осознают, что эти люди сейчас уже не могут сами защитить свои права, и возводят защиту их прав в ранг государственной политики, государственных функций.

Но, конечно, этим должно заниматься не только государство. Взять на себя функции заботы о наиболее слабых своих членах обязано и само общество. Потому что вся мировая практика показывает — если общество помогает своим старикам, инвалидам и детям, то это общество здоровое. Конечно, у нас сознание развито еще не в той степени, как должно быть. Но изменения происходят — изменения качественные, в нужном направлении. И это меня очень радует.