Перезагрузка: Научные журналы Университета: от «домашних» изданий к авторитетным международным

Сравним цифры. Сегодня 16 из 28 научных журналов СПбГУ индексируются самыми авторитетными международными наукометрическими базами данных — Scopus и Web of Science Core Collection. Пять лет назад в СПбГУ выпускалось 32 журнала. Практически все они имели статус вузовских изданий (подавляющее число авторов было из СПбГУ, а распространение контента журнала ограничивалось российской наукометрической базой РИНЦ Научной электронной библиотеки Elibrary и EBSCO). Всего один журнал Университета входил в международную наукометрическую базу данных Scopus — это «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana». Итак, был один из 32, а теперь 16 из 28. Ситуация кардинально изменилась за последние пять лет.

Каким образом удалось совершить такой эффективный прыжок? Какие меры принимаются в Университете для развития научных журналов? Об этом мы беседуем с директором Издательства СПбГУ Е. В. Лебёдкиной. Елена Викторовна — дважды выпускник Университета (по специальности «История» — в 1993 году, второе высшее образование по направлению «Финансовый менеджмент» — в 2000 году). Издательским делом занимается с 1998 года (все время в СПбГУ). Она сообщила, что с середины 2015 года по поручению ректора Университет начал реформу по приведению научных журналов СПбГУ к международным стандартам.

На старте

Елена Викторовна, с чем вы столкнулись на старте этой программы? Какими были университетские журналы и редакции пять-семь лет назад?

Издательство СПбГУ тогда выпускало 19 журналов. Еще выходили так называемые факультетские научные журналы. А общее количество журналов, учредителем которых являлся СПбГУ, было неизвестно. Факультетские журналы и даже отдельные факультетские издательства появились в начале-середине 1990 годов, когда деканы факультетов получили доверенности от ректора Университета на ведение самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности. Помню свое изумление, когда один из руководителей учебно-научного подразделения в ответ на просьбу сообщить, какой их двух известных мне журналов по данному научному направлению он считает необходимым развивать, прислал перечень из десяти, издаваемых в подразделении.

В результате анализа выяснилось, что свое периодическое издание — или журнал, или сборник статей — издавалось чуть ли не на каждой кафедре. Некоторые серии «Вестника СПбГУ» тоже фактически были факультетскими изданиями: тогда редактор, ответственный секретарь, корректор и верстальщик находились в коллективах факультетов. Причем подавляющее число публикуемых статей либо не проходило никакого рецензирования, либо это рецензирование было довольно формальным и сугубо внутренним. Решение о публикации часто принималось конъюнктурно, когда критерием принятия к публикации являлась не научная ценность, а необходимость публикации для автора. Хотя справедливости ради не могу не отметить, что были в Университете и относительно сильные журналы. Просто не было системы и единства подходов в решении вопроса: кому, а главное, для чего нужны научные журналы Университета, какую задачу они должны решать.

А сейчас есть ответ на эти вопросы?

Конечно. Журналы нужны каждому универсанту, ведь они решают в первую очередь задачу укрепления бренда нашего Университета как сильного мирового научного центра — через актуальные, «на острие науки» публикации высокоцитируемых авторов; через ведущих ученых — членов редколлегий; через высокие позиции в журнальных рейтингах.

Хотя, понятное дело, раньше не было никаких рейтингов, но тем не менее опубликовать свою статью в университетском журнале было престижно. Так ведь? Туда стремились авторы...

Раньше публикация в университетских журналах была, скорее, не престижна, а удобна: в «домашнем» журнале опубликоваться было проще, отсюда и стремление, и очередь авторов... У университетских научных журналов 1990-х, даже нулевых годов была другая миссия, чем сегодня: научные публикации нужны были аспирантам, ученым прежде всего для получения ученой степени, звания, продвижения по службе, выстраивания научной карьеры. Существовал (да и сейчас в измененном формате существует) список журналов ВАК, в них было положено направлять статьи «для защиты». И в каждый журнал из этого списка была своя очередь из аспирантов и докторантов. Были введены определенные квоты по числу публикаций аспирантов в каждом номере.

До 2008 года существовала практика, когда на каждом факультете было принято издавать свой журнал. Если коллектив факультета не мог обеспечить наполнение журнала в полном объеме, приходилось выпускать, по сути, два-три журнала под одной обложкой, когда внутри одного журнала могло быть несколько редколлегий, несколько главных редакторов, каждый из которых отвечал за свое направление. Такой подход, безусловно, не способствовал росту качества изданий. Выбор контента журнала не зависел от внешней конкуренции. До 90 % публикаций в каждой серии «Вестника» были статьями ученых какого-то одного факультета. Это искусственное ограничение круга авторов приходилось преодолевать вплоть до последнего времени.

Журналы носили исключительно локальный характер: число читателей большинства журналов нередко было едва ли больше числа авторов. Но затраты на выпуск ряда журналов вдвое превышали нынешние суммы.

Можно сравнить тиражи журналов: сегодня и лет десять-двадцать назад?

Нет, раньше же были только бумажные версии. Внешняя подписка на печатные экземпляры была невелика, но она была, как и сейчас есть. Журналы распространяли среди преподавателей и студентов на факультете, раздавали на научных конференциях. Часть тиража уходила в вузовские библиотеки, каждая из которых стремилась иметь комплект журналов по «своим» направлениям. Был негласно установлен рекомендованный тираж для журналов из списка ВАК — 500 экземпляров, и все редакции внимательно следили, чтобы именно эта цифра фигурировала в выходных данных журнала. Несколько лет назад при так называемой инвентаризации издательской деятельности Университета мы то и дело находили по кабинетам невостребованные нераспечатанные пачки журналов прежних лет.

С 2016 года, когда в нашем Университете была запущена современная цифровая типография, мы перешли на новый принцип печати: печать по требованию или заказу. Печатаем столько, сколько необходимо (обязательные 20 экземпляров для рассылки по библиотекам, включая нашу Научную библиотеку; плюс для распространения на мероприятиях, если поступали такие заявки; подписка). Журналы постепенно ушли в онлайн, доступ к электронным версиям был открыт для всех без ограничений.

Стоит отметить еще одну особенность. Раньше каждый выпуск каждого журнала существовал как некое единое издание. А теперь читателей интересует не номер целиком, а определенная статья, может, две-три. Отношение изменилось: ученый не читает журнал как книгу — от корки до корки, он ищет статьи коллег по своей тематике. А сильный известный бренд журнала условно «сигнализирует», что и статьи в нем сильные. В современном мире ученые читают очень точечно — преимущественно по своей тематике, да и то не всё. Профессор Т. В. Черниговская сказала как-то, что если бы она читала все публикации по тематике своих научных интересов, то она бы это делала полный рабочий день семь дней в неделю. А работать когда?

Первые шаги

С чего начиналась программа реформирования научных журналов?

На протяжении последних лет Университет стремится вывести научные журналы на новый уровень, сделать их видимыми, читаемыми и цитируемыми в мире. Поэтому нам необходимо было привести научные журналы СПбГУ в соответствие с международными стандартами. Были изучены критерии оценки и стандарты международных наукометрических баз данных (МНБД) и проведен анализ (аудит) всех научных периодических изданий Санкт-Петербургского университета.

В то время российские научные журналы только-только начали выходить на международный уровень, а чужой опыт нельзя было использовать, его просто не было. Мы самостоятельно анализировали документы, требования и критерии МНБД. Пользовались также методическими рекомендациями О. В. Кирилловой, возглавляющей Ассоциацию научных редакторов и издателей. Не могу не отметить большую работу в этом направлении заместителя директора Издательства СПбГУ по периодическим изданиям Натальи Александровны Гуляевой.

Были планомерно предприняты следующие шаги:

  • на официальном интернет-портале Санкт-Петербургского университета был открыт доступ к текстам статей всех научных журналов Университета
  • произведено переименование журналов с целью облегчения цитирования (убраны слово «серия» и номера серий)
  • разработаны и утверждены критерии оценки развития журналов СПбГУ
  • по каждому журналу сформирован и опубликован на сайте пакет необходимых документов — от «Редакционной этики» до «Правил для авторов»

• разработаны и утверждены планы развития каждого журнала.

Часть факультетских изданий перешла под общий бренд СПбГУ («Правоведение», «Скандинавская филология», «Philologia Сlassica», «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana», «Horizon. Феноменологические исследования», «Новейшая история России»). В результате число журналов, издаваемых Издательством СПбГУ, увеличилось с 19 до 25. Замечу, это был далеко не простой процесс. Многие авторитетные преподаватели были категорически против замены факультетского бренда на университетский.

Очень важна была международная доступность и открытость изданий. Для ее повышения ввели цифровой идентификатор DOI. Он «привязывает» документ, и при разных изменениях в Интернете место публикации остается неизменным. Таким образом, поисковые системы всегда могут найти этот документ, эту конкретную статью, например, по ключевым словам.

Открытый доступ к текстам статей всех научных журналов на официальном интернет-портале СПбГУ позволяет ученым всего мира знакомиться с публикациями в наших журналах.

Вы говорите: «критерии», «оценки», «планы» — то есть контроль. А контроля никто не любит... Видимо, не все радостно приняли новые правила?

Естественно. Многие журналы издавались давно, редакционная политика не менялась десятилетиями, к этому все привыкли. А теперь редакции были поставлены перед дилеммой: с одной стороны, сделать журнал высокорейтинговым, цитируемым, известным, занимающим высокие позиции в международных базах, а с другой стороны — не обидеть своих факультетских коллег, отказывая им в публикации, тем самым нарушая многолетние традиции. В начале реформы журналов последнее вызывало наибольшую психологическую сложность для главных редакторов: обид было очень много.

И здесь планы развития журналов с понятными критериями оказались очень полезными для аргументированного разговора с коллегами. Зато позже, когда наши журналы один за другим стали индексироваться в МНБД, и авторы вчера еще обычного «домашнего» журнала вдруг стали авторами журнала Scopus или WoS, ситуация изменилась. И сейчас видно, что главные редакторы стали получать поддержку своей деятельности и в коллективах.

В соответствии с критериями МНБД все журналы можно условно разделить на три группы: вузовские (домашние), локальные (российские), международные. И каждой редакции, каждому главному редактору пришлось выбирать: либо оставаться на прежнем уровне (такое тоже было возможно при аргументации), либо стремиться перейти в новую лигу.

Видимо, возможен и третий путь для вуза: вообще не издавать собственные журналы. А ученые могут публиковать результаты своих исследований в уже существующих международных журналах. Такой вариант, насколько я помню, предлагался лет семь назад...

Да, такой вариант серьезно обсуждался. И для каждого ученого возможность отправить свою статью в любой журнал мира является безусловной. Когда принималось решение развивать собственные научные журналы, Университет руководствовался двумя соображениями. Во-первых, это научная репутация Университета: чем шире круг международных авторов, членов редакционной коллегии в собственных, разумеется, сильных и авторитетных журналах СПбГУ, тем выше репутация Университета, что является одним из критериев международных рейтингов. Политика Университета в издательской сфере направлена на усиление международного присутствия. С одной стороны, в СПбГУ продолжают поддерживать публикации наших ученых в ведущих международных журналах, с другой — Университет развивает собственные журналы.

А во-вторых, мы помнили такой термин, как диверсификация рисков. Коллеги (особенно гуманитарных направлений) расскажут, как иногда отклоняли сильную научную статью по ненаучным соображениям.

Помню, как Н. М. Кропачев удивлялся: став ректором, он, как оказалось, по давно сложившейся в Университете традиции должен был стать самым главным редактором всех университетских журналов (не только по юриспруденции, но и по химии, экономике, психологии, математике...).

Такова была многолетняя, уж не знаю кем установленная традиция. Тогда в Университете был единый журнал — «Вестник СПбГУ». И он имел, так сказать, генеральную редакционную коллегию, которую всегда возглавлял ректор. Кроме того, также по должности в нее входили первый проректор по учебной и научной работе, проректор по научной работе. Конечно же, они не могли заниматься редакторской работой, и Н. М. Кропачев поручил создать реально работающие редколлегии журналов.

В процессе реформирования был разработан и утвержден типовой устав редакции научного журнала СПбГУ (до этого ни в одной редакции уставов не существовало). На его основе были утверждены уставы всех научных журналов. Сейчас все уставы зарегистрированы, как и положено по закону, в Роскомнадзоре. Это была важная веха, поскольку в уставах были закреплены права и обязанности учредителя (Университета) и каждой редакции. Эти обязательства стали взаимными.

В сферу ответственности редакции входит: редакционная политика, редакционная этика, качество контента, управление портфелем статей, проверка на плагиат (самоплагиат).

А в сферу ответственности Издательства СПбГУ: предпечатная подготовка, полиграфическое исполнение, поддержка сайтов журналов, распространение, взаимоотношение с базами, электронными библиотеками и пр., заключение договоров (регистрация уставов в Роскомнадзоре, организация подписной кампании, организация сайтов и пр., то есть все необходимые «бюрократические» действия, которые не должны отвлекать коллективы редакций от сложной работы с контентом).

Основными направлениями контроля стали: соответствие требованиям МНБД, соблюдение редакторской этики, рецензирование статей, лицензионные договоры.

Какими были следующие шаги реформирования?

Еще в марте 2016 года был издан приказ, в соответствии с которым были реорганизованы редакционные советы и редколлегии журналов, издаваемых Университетом. Были введены общие критерии для редакций всех журналов, которые стремились войти в МНБД: международная редколлегия (не менее 30 % иностранных ученых), рецензирование статей (как правило, двойное слепое, то есть рецензент не знает, чью статью он читает, а автор не знает, кто рецензирует его статью), число цитирований и т. п.

Но темпы движения и успехи развития изданий были разными. По результатам анализа текущего состояния и планов развития все журналы в конце 2016 года были условно разделены на три категории по уровню соответствия требованиям, предъявляемым к журналам, индексируемым в WoS и Scopus. В первую группу было включено девять изданий, во вторую — 11 изданий, в третью — пять изданий (Приказ от 26.12.2016 № 10385/1).

Журналы первой группы отвечали критериям МНБД, Университет считал их соответствующими международному уровню. Из девяти журналов два — «Studia Slavica at Balcanica Petropolotana» (главный редактор — А. И. Филюшкин) и «Новейшая история России» (главный редактор — М. В. Ходяков) — на тот момент уже индексировались в Scopus. По остальным — мы готовили заявки для подачи в базы WoS и Scopus.

Редакции журналов второй и третьей группы проделали большую работу, однако скорость их движения к цели была разной. В течение этих лет журналы «переходили» из группы в группу, то есть попадание в третью мы расценивали не как приговор, а как «намек» на то, что у издания есть проблемы. Для каждой группы изданий было организовано финансирование, но в разных объемах (Материалы ректорского совещания от 28.11.2016).

Первые успехи

Когда политика реформирования журналов стала приносить видимые результаты?

В июле 2017 года журнал «Вестник СПбГУ. История» (главный редактор — А. Ю. Дворниченко) был включен в международную базу Scopus. Это был первый значимый результат реформы, и я всегда буду помнить ту радость победы.

«Вестник СПбГУ. История» — из первой группы журналов Университета. Редакция от номера к номеру проводила планомерную работу. Был подготовлен и утвержден реальный план развития журнала, который последовательно выполнялся. Сначала редакция внедрила инструменты тайм-менеджмента: все сроки прохождения статей были строго регламентированы, этот регламент распространяется и на авторов, в том числе иностранных. Журнал начал выходить точно в срок, что особенно высоко оценивается Scopus. Одновременно была реформирована редакционная коллегия в соответствии с международными требованиями; вскоре начали публиковаться статьи на английском языке. Сейчас англоязычные статьи составляют половину номера. И если раньше статья англоязычного автора, поступившая в редакцию по электронной почте, была редкостью, то сейчас их более 50 % в портфеле журнала, и многим уже приходится отказывать в публикации (по результатам рецензирования, разумеется).

Редакции журнала приходилось преодолевать сопротивление и скепсис коллег. Некоторые утверждали: «Введением английского языка вы ограничиваете доступ к материалам журнала и сокращаете количество читателей». Включение журнала в Scopus опровергает это мнение: читательская аудитория журнала резко расширилась. Если еще год назад журнал цитировался преимущественно в статьях журналов РФ, то в этом году мы видим увеличение доли цитирования в американских и европейских изданиях.

Стоимость для Университета выпуска «Вестник СПбГУ История» сопоставима со стоимостью выпуска иных журналов. Успех этого журнала, который уже второй год находится в первом квартиле Scopus, по данным Scimago, опровергает разговоры о том, что для выпуска хорошего журнала нужно много денег.

Важным событием в кампании по развитию периодических изданий Университета стало включение журнала «Вестник СПбГУ. История» в базу данных Web of Science (Core Collection). Это был первый из 25 научных журналов Университета в WoS СС, ведущей базе данных в мире (Материалы ректорского совещания от 07.08.2017). Сейчас таких журналов Университета (в WoS) уже 16.

Главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. История» А. Ю. Дворниченко

«Вестник ЛГУ» имеет славную историю, он никогда не был на задворках того пространства, которое именуем полем научного поиска. Но времена менялись, вместе с ними менялся и журнал. Я помню в роли ответственного редактора Владимира Васильевича Мавродина, при котором журнал был (во всяком случае, в моем студенческо-аспирантском представлении) воплощением солидного научного истеблишмента, чему не мешало даже то, что являл он из себя своего рода солянку из истории, языкознания и литературоведения (в 1956–1992 годах журнал издавался как «Вестник Ленинградского университета. Серия истории, языка и литературы» — Ред.). Помню, как горд я был, когда В. В. опубликовал мою первую, еще студенческую статью (1979 год!). Потом редактором был И. Я. Фроянов, и журнал продолжал оставаться солидным (по тогдашним нашим масштабам) изданием.

Потом пришли 90-е годы. И вот тут по журналу ударило одно из противоречий нашей научно-образовательной жизни: он обязан был публиковать статьи аспирантов, которые, как известно, должны иметь публикации, но печатать их никто не хотел. Это был большой труд, для определения которого лучше всего вспомнить известного Сизифа... Особенно это сказалось на состоянии журнала в начале нулевых, когда редактором стал автор этих строк. Но уже тогда был заложен определенный камень в основу будущей славной постройки: удалось разойтись с коллегами филологами, и журнал стал чисто историческим (в 1993–2003 годах журнал издавался как «Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2: История, языкознание, литературоведение», а в 2003–2016 годах — уже как «Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2. История» — Ред.). Впрочем, в остальном мало что изменилось.

Понадобилась инициатива сверху, чтобы сдвинуть этот воз и направить его в WoS & Scopus. И вот тут уже главная трудность во всей этой работе была: изменить психологию, прежде всего, свою собственную. Помню, как собирал нас тогда тогдашний проректор — человек вполне симпатичный и говорил красиво... И помню, как подступало некое раздражение: они, эти базы где-то на далеком и коварном Западе, а мы тут, как всегда, за занавесом, если уж не железным, так из какого другого материала. Зачем «корячиться», кто нас туда пустит. И прочее, и прочее! И, действительно, понадобилось все-таки, чтобы от слов и начальство перешло к делу, да и чтобы люди нашлись. А ведь говорил великий философ Вас. Вас. Розанов, что в России главное — найти человека. Можно добавить, что это, наверное, везде важно, но в России — особенно.

Короче говоря, если бы не Е. В. Лебёдкина и, как говорят те же владельцы баз данных, her crew, то вряд ли что-либо состоялось. Конечно, постоянная поддержка и лично ректора Н. М. Кропачева. А мы при них! И оказалось, что при такой поддержке да после перестройки той самой психологии нам все подвластно! Ведь в основе все это наше — наше увлечение, наша работа. А по ходу дела еще и себя полюбить побольше, зауважать (в лучшем, конечно, смысле), мы ведь в России многое можем, но часто как-то комплексуем. Но это сейчас говорить легко, а перестраивать все равно сложно было.

Легче всего оказалось с аспирантами, поскольку власть сама аспирантуру тогда переформатировала, и надобность в этих незрелых статьях просто отпала. Испытывая постоянную поддержку вышеназванных славных авторов (за что еще раз им отдельное и огромное спасибо), мы поэтапно двинулись, следуя великому поэту, к «светлому концу» (А. Галич).

Сама последовательность была ясна. Тем более, что наше руководство постоянно проводило очень полезные семинары, на которых выступали знатоки проблемы. Впрочем, суха теория, мой друг! Но тут, как я уже отметил, была ясна и практика: вспомнили своих давних товарищей по научному цеху, живущих по ту сторону занавеса, а также гигантов, по счастью живущих рядом, и создали из них представительную редакционную коллегию. Со временем и название журнала изменилось (теперь он называется «Вестник Санкт-Петербургского университета. История»), и даже форма издания (теперь журнал имеет годовую последовательную нумерацию страниц). Так ведь и принято в солидных западных изданиях. Под бдительным оком нашего замечательного начальства (редкий для нашей российской истории и действительности случай, когда око сие воспринимается сугубо положительно и с пиететом) стали соблюдать все требования, которые выдвигают базы: строгое рецензирование, соотношение статей на английском и русском, статей иностранцев и местных и проч. При этом старались не калькировать все с Запада несмотря на то, что базы-то их, а учитывать и поддерживать всячески российскую специфику и традиционность.

Коллектив и редакции журнала (отмечу работу О. А. Абрамовой и М. С. Белоусова), и редколлегии (в ней такие крупные ученые, как Б. Н. Миронов, А. В. Головнёв, В. В. Головин, В. В. Питулько, М. Пери, Г. Гамбург, Ч. Гальперин и другие) работали очень активно, как говорится, не за страх, а за совесть. По ходу дела приходилось бороться и с психологией наших «тоеземцев», присылавших нам статьи. Некоторые условия баз данных, которые мы свято соблюдали, казались нашим соотечественникам неприемлемыми. Например, если статья, что всегда приветствуется, написана сугубо на архивных материалах, все равно необходимо, чтобы в ней был более или менее солидный Reference. Иначе не заметят ее эти вожделенные базы и улетит она «в молоко». Все, вроде бы, удалось преодолеть, и вот промежуточный итог: уже второй год журнал признан первым в первом квартиле Scopus, то есть лучшим журналом нашей страны. Ура! И всем еще раз большое спасибо. Будем работать на закрепление успеха».

Мы говорили о том, что в конце 2016 года был утвержден график подачи заявок на включение университетских научных периодических изданий в международные базы данных. Через год эти планы были практически выполнены: восемь из девяти изданий, вошедших в первую группу («Новейшая история России», «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana», «Вестник СПбГУ. История», «Вестник СПбГУ. Искусствоведение», «Вестник СПбГУ. Прикладная математика. Информатика. Процессы управления», «Вестник СПбГУ. Философия и конфликтология», «Вестник СПбГУ. Право» и «Вестник СПбГУ. Экономика»), были включены в международные базы — или в Scopus, или в WoS, или в обе базы сразу (Материалы ректорского совещания от 18.12.2017).

Разбор полетов

Успехи показывают, что политика реформирования начала приносить свои плоды. Что для этого делалось? Расскажите подробнее о принимаемых мерах.

Первой мерой назвала бы обеспечение открытости и прозрачности научных журналов СПбГУ (Приказ от 01.02.2016 № 510/1). Все публикации размещаются теперь в свободном доступе в сети Интернет: на портале Университета (на сайте журнала, в репозитории), в российских и международных электронных библиотеках и базах данных (РИНЦ, Президентская библиотека, Киберленинка, EBSCO, East View и др.), к нам стали обращаться зарубежные библиотеки с предложением подписать договор о размещении журналов СПбГУ в их библиотечных базах. Это очень важный сигнал: значит, та задача по повышению узнаваемости Университета в международном научном сообществе, которая ставилась перед журналами, решается, и движение идет в правильном направлении.

Но мы не только открыли доступ ко всем статьям всех университетских журналов. Большая часть научных журналов СПбГУ работает на платформе Open Journal System (платформе электронной редакции), которая позволяет сделать прозрачными все процедуры работы с рукописью: сдачу ее автором в редакцию, рецензирование, редактуру, верстку и публикацию. Например, на сайте журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле» сайта СПбГУ размещено подробное «Руководство для авторов». Там описаны порядок рецензирования, комплектность авторских материалов, технические требования и структура рукописи, оформление титульной страницы, лицензионное соглашение и пр. Указано, что представление авторских материалов осуществляется только через сайт журнала «Вестник Санкт-Петербургского университета. Науки о Земле». А в личном кабинете Open Journal System автор может наблюдать за движением своей рукописи.

Еще одна мера — введение фиксированной оплаты труда для членов редакции журналов первой группы. Таким образом из «общественной нагрузки» работа главного редактора и его заместителей стала «профессией», с заключением дополнительного соглашения к трудовому договору и ежемесячной оплатой по четким критериям. Эти критерии оценки работы редакции меняются из года в год. Так, в первый год вводить в качестве критерия определенный квартиль журнала было бессмысленно. Среди критериев — число выпусков в год, число статей в год, соблюдение сроков выхода в свет, процент англоязычных статей, рейтинг журнала по направлению в РИНЦ (Science Index). А теперь также — выполнение плана развития журнала, рейтинг журнала по направлению в МНБД (Scopus или WoS), показатель цитирований статей журнала.

Дальше произошло реформирование редколлегий, куда теперь входят не только российские, но и ведущие международные ученые. Динамику качественных изменений в составах редакционных коллегий журналов можно проследить, например, по локальным актам Университета: за последние годы было издано более 40 приказов об изменениях в составах редколлегий. Обиженных было много. Они шли жаловаться к ректору. Знаю, что он провел немало сложных переговоров, но ни один приказ о внесении изменений в состав редколлегий не был изменен. Некоторые редакции инициируют изменение состава редколлегии несколько раз в год. И это абсолютно международная практика, когда в редколлегию журнала приглашают «не по должности», а исключительно по научному авторитету и «полезности» для журнала. Два года назад мы разработали текст Соглашения с новыми членами редколлегии, где прописываются опять-таки права и обязанности члена редколлегии, а также срок, на который он приглашается в состав журнала.

Затем — расширение круга авторов. К этому привело в том числе реформирование редколлегий, обязательное включение в их состав иностранных ученых. Введены требования: не больше трети статей — от ученых СПбГУ, вторая треть — от ученых России, еще треть — от иностранных ученых. И эти требования контролируются и соблюдаются.

Были сформированы индивидуальные планы развития каждого из журналов СПбГУ с конкретными задачами на следующий период и отчетами по их реализации.

Наверное, вы не забыли и про обмен опытом? Успешным коллективам есть что рассказать коллегам...

Еще в сентябре 2017 года были организованы семинары по обмену опытом с самыми передовыми на тот момент редакциями — «Biological Communications» и «Вестник СПбГУ. История». Основными вопросами обсуждения стали:

  • опыт работы с иностранными авторами
  • тайм-менеджмент — путь статьи от получения до сдачи в издательство
  • организация работы редколлегии: рецензирование, привлечение статей, мотивация
  • позиционирование и привлечение внимания к журналу
  • работа в OJS

Главные редакторы всех журналов Университета и их заместители получили персональные приглашения к участию (Материалы ректорского совещания от 07.08.2017).

На обучающих семинарах рассказывали редакторам, как эффективнее работать в новых условиях с МНБД. Например, был случай: у статей, опубликованных в одном из наших журналов, было порядка 80 цитирований, а в базе Scopus видны только две-три из них. Оказалось, что нужно было в ручном режиме «привязать» ссылки на статью, иными словами, «сказать» базе, что это цитирование является цитированием статьи такого-то журнала. Когда коллеги (ответственные секретари) это сделали, число цитирований в МНБД резко возросло. А такие «ошибки» базы связаны с ошибками авторов статей, которые или неверно сокращают название журнала, или просто дают его некорректно. Сейчас каждая наша статья содержит абзац на двух языках, который называется «Для цитирования», его можно скопировать и вставить в свою статью.

Но, видимо, не все журналы были успешны в реформировании?

Качество научных исследований, проводимых в Университете в естественнонаучных областях знаний, позволяет без труда публиковать научные статьи и в других журналах, имеющих достаточно высокие импакт-факторы. Поэтому вопрос о продолжении развития естественнонаучных журналов — это прежде всего вопрос к редколлегиям этих журналов или коллективам ученых о готовности и возможности обеспечить соответствующее качество отбора статей.

Например, журнал «Вестник СПбГУ. Физика и химия» по результатам аудита стабильно находился в третьей группе. В конце 2017 года директор Института химии И. А. Балова после обсуждения в коллективе института предложила прекратить издание журнала в части раздела «Химия». Коллеги-физики предложили программу развития, которая не соответствовала нынешним требованиям к международным изданиям. В результате издание журнала «Вестник СПбГУ. Физика и химия» было приостановлено на год. Сейчас журнал закрыт. А химики и физики СПбГУ успешно публикуют результаты своих исследований в ведущих международных журналах.

Примерно то же произошло еще с двумя журналами. В 2018 году «Дискурсы этики» и «Петербургский психологический журнал» тоже полностью перестали поддерживаться Санкт-Петербургским университетом. А в журнале «Политическая экспертиза: Политэкс» произошла реорганизация (в июне 2018 года журнал возглавил доктор политических наук, профессор А. В. Курочкин и сейчас журнал демонстрирует положительные изменения) (Материалы ректорского совещания от 02.07.2018).

А другие редакции двигались вперед?

Планомерно двигались. По состоянию на 1 января 2018 года индексировались уже девять научных журналов СПбГУ, причем три из них — и в Scopus, и в WoS: «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana», «Вестник СПбГУ. Искусствоведение», «Вестник СПбГУ. История». В базу Scopus было включено шесть журналов, и в базу WoS — шесть журналов.

Был и уникальный случай. На первом этапе Университет не подавал заявку о включении журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле» в международные базы данных (он был во второй группе журналов). Но в декабре 2017 года в Университет пришло письмо с информацией о том, что руководство Scopus по собственной инициативе включило этот журнал в свою международную базу данных с 1 января 2018 года. Естественно, после этого мы подали этот журнал для включения его в базу WoS (так же, как и журнал «Новейшая история России»).

Динамика развития научных журналов следующая: 2014 год — один журнал, 2015 — два журнала, 2016 — четыре журнала, 2017 — десять журналов, 2018 — 15 журналов, 2019 — 16 журналов.

По состоянию на 1 июня 2020 года 16 научных журналов, издаваемых СПбГУ, индексируются в международных базах Scopus и Web of Science CC (ESCI). Из них 12 — в Scopus и 14 — в Web of Science. Еще четыре журнала на рассмотрении в МНБД.

Есть примеры резкого изменения редакционной стратегии какого-то журнала?

В 2016 году в редакцию журнала «Вестник СПбГУ. Биология», имеющего серьезные проблемы на тот момент, был приглашен новый главный редактор — доцент кафедры зоологии позвоночных СПбГУ Е. Б. Малашичев. Он разработал довольно смелый план развития журнала, по которому прежний журнал был преобразован кардинально: он стал выходить в новом полиграфическом формате (с цветными иллюстрациями, на английском языке) и под новым названием — «Biological Communications». Им была сформирована новая редколлегия, в которую вошло более 30 % зарубежных коллег.

Руководство биологического факультета поддержало начинания Е. Б. Малашичева, редакции выделяли гранты на развитие журнала. Был переформатирован сайт журнала — новая редакция с первого дня использовала OJS. Современная издательская система Open Journal System, как мы говорили, позволяет сделать весь цикл подготовки статей и всего номера прозрачным для авторов, рецензентов, редакции. Первые годы для журнала были непростыми — проблемы с редакционным портфелем. Авторы опасались отдавать свои хорошие статьи в неизвестный журнал без статуса, а плохие редакция отклоняла. Но кризисная ситуация была преодолена — с помощью всего коллектива биологического факультета, который поддержал редакцию и помог с портфелем статей, задействовав свои внутренние ресурсы и внешние научные контакты — к концу 2018 года. И через три года (это минимальный срок для нового журнала), в 2019 году, журнал «Biological Communications» был включен в базу данных Scopus.

А как в других журналах с иноязычными статьями?

Языком многих отраслей современной науки стал английский. Поэтому в журналах СПбГУ публикуются статьи как на русском, так и на английском языке. И доля англоязычных статей постепенно растет во всех журналах.

Есть и мультиязычные журналы: в журнале «Horizon. Феноменологические исследования» — статьи на четырех европейских языках, а в журналах «Скандинавская филология», «Philologia Classica» — даже на пяти.

Новые рубежи

На первом этапе перед редакциями журналов была цель — войти в МНБД. Многие этой цели достигли, вошли. И что дальше? Куда двигаться? Какими были следующие шаги развития журналов?

Просто войти в международную наукометрическую базу данных — это одно. Но в каждой базе существует своя иерархия изданий. И все знают, что, например, журналы Nature и Science — очень высокого уровня. По итогам каждого года редакции готовят отчеты о работе. После анализа этих отчетов формируются планы на следующий год. Ставятся задачи дальнейшего продвижения каждого журнала, перехода их в другой, более высокий квартиль.

Например, журнал по исторической славистике «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana» издается с 2007 года (главный редактор — д. и. н., профессор А. И. Филюшкин). В 2015 году журнал занимал 61 место, а в 2018 году — уже 32 место по рейтингу Science Index РИНЦ (из 124 журналов по исторической тематике). По данным за 2018 год, журнал находился во втором квартиле Scopus, включен в базу WoS CC.

Вот примеры продвижения и развития других журналов.

По данным Scimago Journal & Country Rank на июнь 2019 года, один журнал СПбГУ находился в первом квартиле («Вестник СПбГУ. История») и два — во втором («Studia Slavica et Balcanica Petropolitana» и «Актуальные проблемы теории и истории искусства»).

На июнь 2020 года:

  • в первом квартиле Scopus:
    • «Вестник СПбГУ. История»
    • «Вестник СПбГУ. Философия и конфликтология»
  • во втором квартиле Scopus:
    • «Вестник СПбГУ. Прикладная математика. Информатика. Процессы управления»
    • «Новейшая история России»
    • «Studia Slavica at Balcanica Petropolitana»
    • «Horizon. Феноменологические исследования»
Издание под маркой СПбГУ — это высокий бренд. И число журналов растет?

Да, список университетских научных изданий меняется. После обращения в Университет главного редактора и анализа успешности издания СПбГУ вошел в состав учредителей журнала «Horizon. Феноменологические исследования» — у него хорошие показатели (индексируется в обеих международных базах данных). СПбГУ стал соучредителем (совместно с Общецерковной аспирантурой и докторантурой имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия) и издателем нового журнала «Вопросы теологии» (главный редактор — Д. В. Шмонин). В число журналов СПбГУ вошли журнал «Вопросы музеологии», ранее издававшийся при Институте истории (главный редактор — А. В. Майоров), и журнал «Медиалингвистика», издававшийся при институте «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» (главный редактор — Л. Р. Дускаева). Подписан договор о совместном учредительстве и издании ежегодника «Актуальные проблемы теории и истории искусства» (главный редактор — Е. Ю. Станюкович-Денисова).

Догнать и перегнать

Мы задали несколько вопросов главным редакторам успешных научных журналов Университета о работе редакций в последние годы. Вот их ответы.

Что изменилось в организации работы редколлегии, редакции, в работе с авторами, в подборе материалов и т. п. с 2015 года, когда начала действовать программа развития журналов?

А. К. Худолей, главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле»:

Прежде всего изменился состав редколлегии, причем изменения происходили дважды. В частности, нынешняя команда пришла в 2017 году. И дело не в том, что предыдущие редколлегии были чем-то плохи, наоборот, они вполне справлялись со своими обязанностями. Но перед журналом были поставлены новые задачи, и они потребовали новую команду: более динамичную, лучше знакомую с современными информационными технологиями, более активно пропагандирующую журнал, но и более жесткую в отборе рукописей для печати (у нас сейчас отсеивается более 50 % рукописей).

Е. В. Желтова, главный редактор журнала «Philologia Classica»:

С 2016 года, когда начала действовать программа развития журналов, изменений произошло действительно очень много. В 1977 году «Philologia Classica» создавалась как межвузовский сборник, который выходил с периодичностью один раз в пять лет (позднее — один раз в три года) и печатал очень разнородные материалы — от научных статей до переводов и небольших авторских произведений (юбилейных латинских од, например). У сборника была редколлегия, состоявшая из членов кафедры классической филологии СПбГУ, и редакционный совет, в который входили представители других институций. Для издания каждого выпуска из редколлегии назначался ответственный редактор, который один вел практически всю работу по его подготовке к печати. Рецензирование статей происходило внутри коллектива кафедры и в основном осуществлялось членами редколлегии. Хочу отметить, что и в те времена «Philologia Classica» представляла собой издание довольно высокого уровня, с 2008 года была включена в перечень ВАК.

После включения журнала в программу развития произошли очень большие изменения, направленные на усиление научной составляющей и включение в международное научное пространство. Я пригласила Михаила Михайловича Позднева, ученого необыкновенного научного кругозора и эрудиции, стать соредактором новой версии «Philologia Classica», а Анну Андреевну Кормилину — ответственным секретарем, и вместе мы разработали новую политику журнала. Перед нами стояла задача обеспечить преемственность между старой и новой версией журнала, но при этом вывести его на совершенно иной уровень. Нужно было доказать, что при достаточно большом количестве мировых изданий по классической филологии наш журнал обладает определенной уникальностью и должен вызвать интерес.

Эту задачу удалось решить, как мне кажется, во-первых, за счет интердисциплинарности, во-вторых, благодаря сохранению разделов по рецепции античного наследия и истории российского антиковедения, а в-третьих, благодаря сочетанию традиционных и новых подходов к изучению классических языков, так что публикуемые в журнале статьи могут быть интересны как филологам-классикам, так и историкам, археологам, искусствоведам, литературоведам и лингвистам. Данная методологическая установка и междисциплинарный характер определяют своеобразие журнала на фоне других изданий со сходной тематикой, как российских, так и зарубежных.

М. В. Ходяков, главный редактор журнала «Новейшая история России»:

Журнал начал издаваться в 2011 году по инициативе небольшой группы сотрудников одноименной кафедры исторического факультета. Я признателен тогдашнему декану факультета профессору А. Ю. Дворниченко, который нашу идею поддержал. Другой поддержки мы, к сожалению, не имели. В рамках «Вестника СПбГУ, серия История» нам было чрезвычайно тесно, поскольку «Вестник» объединял(ет) специалистов самых разных сфер — от археологов до этнографов и искусствоведов. Для публикации исследований по истории России ХХ века у «Вестника» были ограниченные возможности. До 2015 года журнал издавался за счет спонсорских пожертвований и получаемых нами грантов, которые шли на предпечатную подготовку и печать тиража. Ни о Scopus, ни о WoS никто из нас тогда не думал...

Как было раньше на Вашей памяти (в начале 2000 годов), и как стало в последние годы? Как происходил переход от прежней системы к новой?

А. К. Худолей, главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле»:

Раньше «Вестник» был преимущественно внутриуниверситетским журналом. Конечно, в нем печатались и авторы из других организаций и городов, но все же название «Вестник СПбГУ» на интуитивном уровне предполагало, что это журнал, ориентированный на преподавателей, аспирантов, студентов из этой же организации. Сейчас у нас публикуются авторы со всей России, как из вузов, так и из академических институтов. Но, честно говоря, здесь наши показатели хотя и растут, но медленнее, чем хотелось бы: традиционная точка зрения о жесткой привязке журнала к сотрудникам из своей же организации довольно сильно укоренилась в научном сообществе. То же самое относится и к рецензированию. Раньше зачастую авторы приносили рукописи вместе с уже готовыми рецензиями от своих университетских коллег. Сейчас наши статьи проходят peer review — независимую оценку ведущих экспертов по теме и не аффилированных с авторами, что соответствует современным международным стандартам.

Наверное, основной переход произошел в форме общения с авторами и степени доступности журнала в поисковых системах, то есть был связан с внедрением современных информационных систем. Мы полностью отказались от бумажных версий, существует сайт, на который загружаются статьи и рецензии — в целом, именно так, как это делается в современных международных журналах. У всех статей есть DOI, и опубликованные статьи легко разыскиваются в базах данных.

Е. В. Желтова, главный редактор журнала «Philologia Classica»:

Полностью изменилась языковая политика журнала. Начиная с 2016 года, мы публикуем материалы на языках, принятых в мировых изданиях по классической филологии (английском, французском, немецком, итальянском и латыни). На русском языке печатаются только статьи по рецепции античного наследия в русской культуре и по истории классической филологии в России. Такая «мультиязычность» сразу расширила аудиторию издания. Журнал стал выходить с периодичностью два раза в год. Мы отказались от редакционного совета и расширили редколлегию за счет зарубежных коллег, которые теперь составляют 50 % всего ее состава. Существенно изменились принципы рецензирования, которое стало гораздо строже и объективнее (так называемое двойное слепое рецензирование), что ведет к более тщательному отбору материалов и, конечно, стимулирует авторов дорабатывать и совершенствовать свои публикации. Это особенно важно для молодых ученых. Каждую статью читают как минимум два рецензента, один из которых — обязательно внешний.

Все чаще к рецензированию привлекаются коллеги из-за рубежа, чем достигается двойная цель: получить объективный взгляд со стороны и привлечь внимание представителей других научных школ к деятельности журнала. Нередко такие рецензенты становятся впоследствии авторами. К слову, подход к работе с авторами сугубо индивидуальный и, я бы сказала, личностно ориентированный. Члены редколлегии приглашают к сотрудничеству своих коллег (каждый в своей области), используя для продвижения журнала общение с широким представительством ученых на международных конференциях, в соцсетях и т. д.

М. В. Ходяков, главный редактор журнала «Новейшая история России»:

Редакция журнала (настоящая команда единомышленников) за минувшие годы осталась прежней, претерпев минимальные изменения. Состав редколлегии менялся, по мере роста мы приглашали к сотрудничеству западных исследователей из разных стран. Результатом нашей работы стало включение журнала в базу данных Scopus.

После нашего перехода «под крыло» Университета мы перестали думать об источниках финансирования и переключились на поиск новых направлений развития. Я признателен Издательству СПбГУ и Е. В. Лебёдкиной, которая поддержала наши начинания, они вырабатывались в процессе непростых споров. Мы и сейчас считаем, что основным языком нашего журнала должен оставаться русский. Все коллеги-историки за рубежом, занимающиеся историей нашей страны в ХХ веке, говорят и читают по-русски. Вместе с тем, мы публикуем ряд статей на английском: все зависит от автора и разрабатываемой им проблематики.

Какие были основные трудности реформирования? Как они преодолевались в редакции вашего журнала?

А. К. Худолей, главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле»:

Основная трудность, наверное, состоит в том, что когда нынешний состав редколлегии брался за работу, то мы не представляли, с какими именно трудностями нам придется столкнуться. В разы выросло число поступающих статей, что отразилось и на загруженности сотрудников. Сложнее, чем хотелось бы, оказалось найти целевую аудиторию — заинтересованных читателей и потенциальных авторов публикаций в журнале. Не столь простой оказалась и работа с рецензентами. Но именно в этом и состоит текущая работа редколлегии.

Е. В. Желтова, главный редактор журнала «Philologia Classica»:

Переход к новым принципам работы был действительно нелегким: реформирование редколлегии, разработка контента для двуязычного сайта, постоянное обращение к опыту других журналов, поиск и привлечение авторов, создание и постоянное обновление корпуса рецензентов, размещение информации о журнале на платформах научных сообществ, постоянно меняющиеся требования к оформлению материалов, постоянная переписка с авторами и рецензентами, не говоря уже о самом главном — редактировании поступающих в редакцию материалов на шести языках. Как преодолевались трудности? Как обычно, неустанной работой и верой в успех.

В деятельности журнала огромную роль играет хорошо организованный сайт. Наш сайт сделан на платформе OJS. Ведением сайта занимается ответственный секретарь А. А. Кормилина. Эксперты Scopus на основе анализа размещенных там материалов особо отметили, наряду с высоким качеством представленных исследований, хорошую доступность журнала в интернете и назвали «впечатляющим» сайт журнала.

М. В. Ходяков, главный редактор журнала «Новейшая история России»:

В течение ряда лет журнал «Новейшая история России» индексируется не только в Scopus, но и в WoS CC. Рост российской и международной известности создал определенные трудности. Наш журнал ежеквартальный, и желающим опубликовать в нем свой материал приходится немало ждать, «стоять в очереди». Двойное слепое рецензирование, знакомство с текстами рукописей, подаваемых на английском языке нашими американскими коллегами, приводит к большому проценту отсева материалов (ни одна из статей, представленных на английском, не прошла на страницы журнала с первого раза).

Наши рецензенты (как и везде в мире) — ведущие специалисты в своих областях. Я им чрезвычайно признателен — ни один из них ни разу не отказался, сославшись на занятость, подготовить рецензию (разумеется, безвозмездно) на тот или иной материал.

Каковы наукометрические показатели журнала в своей отрасли знаний — в сравнении с другими отечественными и зарубежными журналами? Кого опережаете и насколько, от кого пока отстаете?

А. К. Худолей, главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. Науки о Земле»:

По основному направлению Earth and Planetary Sciences мы балансируем между третьим и четвертым квартилем, и вхождение и закрепление в Q3 является нашей основной задачей на ближайшее время. Необходимо отметить: как заметный рост поступлений рукописей в «Вестник», так и его возвращение в международные базы данных приходятся на 2017–2018 годы, и по этой причине реальные наукометрические показатели журнала на международной арене можно будет оценить лишь через 2–3 года, так как в разных системах они считаются за срок от двух до пяти лет. В отечественной системе e-library наши показатели заметно лучше: журнал входит в верхнюю половину, и мы заметно отстаем только от ведущих академических журналов.

М. В. Ходяков, главный редактор журнала «Новейшая история России»:

Наш журнал молодой, он не имеет таких многолетних традиций, как «Вестник СПбГУ. История», «Российская история» или «Вопросы истории» (хотя по наукометрическим показателям мы опережаем многие столичные издания: недавно журнал вошел во второй квартиль Scopus). Поэтому наша ближайшая и одновременно перспективная задача — сохранить свой стиль, быть узнаваемыми как внешне, так и с содержательной точки зрения.

Е. В. Желтова, главный редактор журнала «Philologia Classica»:

«Philologia Classica» индексируется в базах Scopus, Web of Science c 2018 года. Из отечественных журналов по классической филологии нас опережал только журнал «Hyperboreus. Studia Classica» (индексируется в МБД Scopus). Однако в этом году показатели «Philologia Classica» выше (третий квартиль, Q3 Scopus). Кроме того, наш журнал индексируется в обеих базах. Из других отечественных журналов по классической филологии мне известны два: «Аристей» (издается в Москве) и «Индоевропейское языкознание и классическая филология» (издается ИЛИ РАН). Их мы сильно опережаем, так как эти журналы пока не добились индексации в указанных базах.

Что касается зарубежных, то их очень много. Есть и опережающие, и отстающие. Статистику по ним дать не готова, да и смысла нет, так как не во всех странах существует гонка за наукометрией, особенно по указанным базам. Есть очень солидные журналы, которые просто не озабочены индексацией в Scopus, Web of Science, и это не умаляет их достоинств, а есть, наоборот, не очень сильные, но озабоченные. Так что лучше сравнивать позиции на одном поле. По крайней мере, в России нет ни одного журнала, кроме «Philologia Classica», которые индексировались бы в обеих базах.

А. Ю. Дворниченко, главный редактор журнала «Вестник СПбГУ. История»:

Среди многочисленных платформ мы фокусируем внимание прежде всего на базе данных Scopus. С одной стороны, там наиболее строгий отбор, с другой — понятная и объективная система метрик. Кроме того, можно отметить еще одно несомненное достоинство Scopus: база данных достаточно оперативно реагирует на показатели качества журнала. Про другие такого сказать нельзя: скажем, если журнал попал в перечень ВАК, то «вылететь» оттуда достаточно сложно. А Scopus в свою очередь отслеживает работу редколлегий, цитируемость и востребованность журнала и, конечно же, что очень важно, соблюдение этических моментов.

Без ложной скромности могу сообщить, что на протяжении двух последних лет «Вестник СПбГУ. История» занимает первую строчку среди всех российских исторических журналов. На данный момент мы шестые в Восточной Европе и 130 — в мире.

Но конкретные места и метрические показатели — это не самое главное. Отрадно, что названное продвижение сделало журнал широко востребованным среди иностранных специалистов. Если несколько лет назад мы тратили много сил на приглашение и привлечение ведущих зарубежных историков, то теперь ситуация в корне перевернулась: уже к нам обращаются и предлагают свои лучшие материалы многие известные специалисты.

Сколько стоит репутация?

Кроме всего прочего, издание — это еще и финансовые затраты. Во сколько обходится содержание одного журнала? А у нас их уже 28...

На этот вопрос отвечает первый проректор СПбГУ Е. Г. Чернова (она с 2015 года курирует программу развития университетских научных журналов):

Расходы на собственно издательский процесс и полиграфическое исполнение одного журнала, индексируемого в международных наукометрических базах данных, составляют примерно 800 тысяч рублей в год. Это почти вдвое меньше прежних затрат до 2015 года, когда аналогичные расходы составляли до 1,5 млн рублей в год на каждый журнал. Раньше только на полиграфическое исполнение журналов Университет тратил несколько миллионов рублей в год. Теперь с появлением в Университете собственной цифровой типографии и переходом на «печать по требованию», внедрением практики онлайн-публикаций статей в режиме открытого доступа (что привело к объективному сокращению тиражей) эти деньги идут на развитие журналов.

Все расходы на издание журналов финансируются из одного источника — это средства Университета от приносящей доход деятельности. Бюджетного финансирования на содержание научных журналов Университет, по крайней мере в XXI веке, не получал.

Весной 2018 года Минобрнауки России и некоммерческое партнерство «Национальный электронно-информационный консорциум» провели конкурс на поддержку научных журналов с целью их вхождения в международные наукометрические базы данных. Конкурс проводился в три этапа. Вначале из 2856 российских журналов путем отсева по формальным критериям было отобрано 500 научных журналов (в том числе — 12 журналов из 25, издаваемых в то время в СПбГУ). Затем по сведениям, полученным у издателей этих журналов, была проведена двухэтапная оценка (на основе библиометрической и предметной экспертизы) качества и научной репутации журналов по более чем 30 критериям с учетом востребованности тематики в мировом сообществе. В результате был сформирован итоговый перечень из 100 научных журналов — на основе проведенной оценки с учетом их тематики (областей наук). Эти журналы Минобрнауки будет поддерживать с целью их вхождения в международные наукометрические базы данных.

По итогам этого конкурса у СПбГУ — самое большое среди вузов число поддержанных журналов (четыре). Причем отрыв от ближайших конкурентов, остальных вузов — в два журнала. А больше, чем у СПбГУ, поддержано журналов только у всей РАН: у Академического научно-издательского, производственно-полиграфического и книгораспространительского центра «Наука» (Москва) — девять (из 144).

Были отобраны и профинансированы Министерством образования и науки следующие журналы СПбГУ: «Вестник СПбГУ. Экономика», «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana», «Вестник СПбГУ. Востоковедение и африканистика» и «Вестник СПбГУ. Искусствоведение» (по научным направлениям «Экономика», «История, исторические науки», «Языкознание» и «Искусство» соответственно) (Материалы ректорского совещания от 19.03.2018).

Редакции каждого журнала было выделено по 1 млн рублей на 2018 год и на 2019 год. Выделенные средства пошли на привлечение статей высокоцитируемых авторов, перевод статей на английский язык, улучшение сайтов журналов, продвижение журналов в международном научном пространстве и т. п. Итоги можно будет оценить через несколько лет, когда появятся обновленные показатели МНБД.

Летом 2018 года пять журналов СПбГУ (из 140 российских журналов) отобраны в национальную подписку: «Вестник СПбГУ. История», «Вестник СПбГУ. Прикладная математика. Информатика. Процессы управления», «Вестник СПбГУ. Экономика», «Вестник СПбГУ. Науки о Земле», «Вестник СПбГУ. Математика. Механика. Астрономия» (Материалы ректорского совещания от 02.07.2018).

Предварительные итоги

Недавний успех: «Вестник СПбГУ. Язык и литература» включен в международную наукометрическую базу данных Scopus решением экспертного совета от 30 мая 2020 года. Это вторая международная база, которая признала журнал по филологии СПбГУ журналом международного уровня: с 2018 года «Язык и литература» уже индексируется в Web of Science.

Экспертный совет Scopus отметил в своем заключении: «Это сильный и хорошо организованный журнал, много лет выходящий в свет и публикующий материалы, которые могут заинтересовать ученых всего мира».

  1. Журнал постоянно публикует статьи, которые научно обоснованы и относятся к международной научной или профессиональной читательской аудитории в этой области.
  2. Аннотации соответствуют требованиям Scopus для международных журналов.
  3. Содержание статей соответствует тематике и целям журнала.
  4. Журнал относится к предметной области, которая недостаточно охвачена существующими журналами в Scopus.
  5. Журнал имеет четкие цели и тематику / политику, которые соответствуют содержанию журнала.
  6. Тип рецензирования четко указан и поддерживается соответствующими рекомендациями рецензентам...«.

Есть и замечание. Но нужно отметить, что оно единственное: редакции нужно предпринять шаги для расширения географии авторов, а также международного сотрудничества авторов, публикующихся в журнале (Материалы ректорского совещания от 01.06.2020).

В заключении приведем список журналов СПбГУ, включенных в международные базы.

Web of Science и Scopus
  • «Studia Slavica et Balcanica Petropolitana»
  • «Вестник СПбГУ. История»
  • «Вестник СПбГУ. Искусствоведение»
  • «Вестник СПбГУ. Науки о Земле»
  • «Вестник СПбГУ. Прикладная математика. Информатика. Процессы управления»
  • «Новейшая история России»
  • «Вестник СПбГУ. Философия и конфликтология»
  • «Вестник СПбГУ. Язык и литература»
  • «Horizon. Феноменологические исследования»
  • «Philologia Сlassica»
Web of Science
  • «Вестник СПбГУ. Экономика»
  • «Вестник СПбГУ. Право»
  • «Российский журнал менеджмента»
  • «Скандинавская филология»
Scopus
  • «Biological Communications»
  • «Актуальные проблемы теории и истории искусства»
  • «Вестник СПбГУ. Востоковедение и африканистика»

Реформа продолжается, и есть все основания полагать, что расширение линейки в «семье» международных журналов Санкт-Петербургского университета не заставит себя ждать.