Коммерсант: Общество все больше не понимает друг друга

Какие проблемы возникают при изучении русского языка как иностранного? В чем заключается преимущество ЕГЭ? Почему происходит сокращение бюджетных мест? Эти и другие вопросы ведущий «Коммерсант FM» Анатолий Кузичев обсудил с ректором Санкт-Петербургского университета Николаем Кропачевым в рамках программы «Действующие лица».

Николай Кропачев об изучении русского языка: «Русский как иностранный — это способ доведения и обучения русскому языку определенной категории людей. Безусловно, если русский изучается человеком, который всю жизнь говорил на языке народов СССР, народов России, то, вполне возможно, он будет осваивать его в каком-то преклонном возрасте, как и мой — 57 лет, — и ему будет тоже нужно объяснять русский язык как-то особенно, правильно. В данном случае речь идет не об особенностях языка, а об особенности аудитории, которой этот язык доносится. А когда говорится про русский язык как государственный, то речь идет не о русском языке, а об определенной части русского языка, которая закреплена в нормах государственного русского языка. Что это за нормы, и какова цель появления этих норм и правил? Мы все не раз говорили о том, что общество все больше не понимает друг друга».

О важности единых норм языка: «Помните судебное решение, в котором один из российских граждан упрекает другого, что его оскорбили, назвав словом, которое в моем представлении не носит никакого негативного смысла? Но что важно — спор продвинулся до того, что дело рассматривается в суде, суд выбрал какие словари для того, чтобы сказать, есть здесь оскорбление или нет, — он выбрал словарь Кузнецова и Ефремовой, а если бы он выбрал словарь Ожегова и Ушакова, то было бы прямо противоположное решение. В ряде случаев суды вообще ссылаются на "Википедию".

Так, в 2009 году на основе закона о государственном языке, на основании постановления правительства Российской Федерации министр образования и науки утвердил четыре словаря, в которых содержатся нормы государственного русского языка. Эти словари вам известны? Нет. Юристам страны известны? Нет. Медикам, государственным деятелям? Никому не известны, кроме филологов. Эти словари, в соответствии с законом о государственном языке, в них содержится норма государственного русского языка, нормы государственного русского языка обязательно использовать в делопроизводстве».

То, что было сделано министром образования и науки, я всегда оценивал как героический поступок.

Николай Кропачев о ЕГЭ: «Я считаю, что в ЕГЭ есть много плохого. Особенно много плохого было в ЕГЭ на первом этапе, когда и сами тесты были непрофессиональны, и проведение ЕГЭ происходило в условиях, когда были массовые нарушения, о которых мы читали. Но с каждым годом качество и тестов, и проведения экзаменов стало улучшаться. Вспомните, были ли в прошлом году такие скандалы, которые были в позапрошлом году при проведении ЕГЭ? Конечно, нет.

Если задуматься, и в год, когда ЕГЭ только стал появляться, можно было прогнозировать, что будет дальше. Или отмена ЕГЭ под давлением разных обстоятельств, или сохранение ЕГЭ и понимание со временем того, что мы должны делать все, чтобы тесты стали лучше. Мы все должны сделать все, чтобы проведение экзаменов было качественным и честным. В целом, то, что было сделано министром образования и науки, я публично всегда оценивал и сейчас оцениваю как героический поступок. Вообще за это нужно Героя России давать, потому что выдержать такой напор людей, которые считают, что ты враг, что ты хочешь искоренить российское образование, навредить всем и вся. А при этом это человек, который делал все для того, чтобы помочь абитуриентам поступать в лучшие вузы страны.

Прием в самые лучшие вузы страны — чем выше качество образования в этих вузах, чем более популярны они были, тем во времена отсутствия ЕГЭ были, мягко говоря, нечестные приемы. Можно отдельные провести встречи и рассказать в красках, как это все происходило, можете пригласить многих — они вам это расскажут и даже нарисуют, как это происходило. Что сейчас? Сейчас от нас зависит, будет ЕГЭ честным или нет, будет ЕГЭ профессиональным или нет».

Нужно выпускать из вузов людей, которые могут работать не только по специальности.

Николай Кропачев о компетенции выпускников: «Подход компетентностный — и при этом есть еще требования стандарта — означает, что, если мы принимаем студента, мы учим его по той программе, на которую он поступил, и не можем ее поменять. Значит, он заложник того, что программа уже есть. И он получает стабильность, понимает, к чему ему готовиться, какие предметы впереди и так далее. Как правильно определить исходное, и как правильно определить на выходе? Исходные — какие требования должны быть для человека поступающего, какого уровня требования, какие знания. И на выходе — какие компетенции он должен иметь.

У кого лучше выяснять ответ на этот вопрос? Конечно, у успешных практиков. Поэтому мы уже не первый год включаем успешных работодателей в те комиссии, которые определяют и наши стандарты, и наши учебные планы — это методические и научные комиссии, ученые советы, советы образовательных программ. Но если работодатель приходит в университет в этом качестве, если он влияет на содержание образовательных программ в части определения правильной компетенции, и дальше должны мы, хотя нам это тяжело, конечно».

О сокращении бюджетных мест в вузах: «У нас много людей с дипломом о высшем образовании, в том числе с дипломом юриста, но у нас мало юристов. Точно так же у нас очень много людей с разными дипломами об образовании, но не имеющими в действительности знаний. И тот факт, что эти люди, выходя из вуза, потом ощущают себя юристами или экономистами, а при этом они ими явно не являются, приводит к тому, что надо, безусловно, сокращать места. Я вам сейчас назову фамилии, а вы попробуйте отгадать, что этих людей связывает: Рерих, Дягилев, Стравинский, Блок, Юрский. Их связывает то, что они могут и могли, и это доказывает их жизнь, профессионально работать юристами. По образованию они все юристы и выпускники Санкт-Петербургского университета. Рериха вы знаете как живописца и как философа. Главное достижение его жизни какое, как он считал? Он написал "Пакт Рериха о защите культурных ценностей", который в 1936 году, если мне память не изменяет, в Нью-Йорке подписало то ли 35, то ли 38 государств. Этот пакт определил судьбу культурных ценностей во время Великой Отечественной войны, в последующие годы и сейчас определяет. Он положил кучу денег, кучу своих сил, компетенцию юриста. У нас огромное количество людей, выпускников вузов, которые называют себя юристами и работают не по специальности, но по специальности юриста не смогли бы работать. А эти могут работать. Нужно выпускать таких людей из вузов, которые могут работать действительно не только по специальности. Пожалуйста — Путин и Медведев. Они разве работают по специальностям? Нет, можно работать на этих должностях и не юристами, но они оба великолепные юристы. Сечин и Иванов — выпускники Санкт-Петербургского университета, управленцы — какое образование? Филологическое — прекрасные филологи».