ТК «Санкт-Петербург»: Нужно ли отмечать 100-летие Февральской революции?

В студии «Пульс города» доктор исторических наук, профессор СПбГУ Михаил Ходяков.

Юрий Зинчук, ведущий: «Грандиозная выставка открылась 7 февраля в лондонской Королевской академии художеств. В преддверии столетия русской революции была подготовлена экспозиция, которая охватывает важнейший период России и русского искусства с 1917 по 1932 годы. Главная задача выставки — показать, как события 1917 года повлияли на развитие русского искусства? Представлено свыше 200 экспонатов — картины авангардистов Казимира Малевича, Василия Кандинского соседствуют с работами соцреалистов — "Ленин в Смольном" Исаака Бродского. Фотографии, скульптуры, агитационные плакаты, точно воссозданная комната советского рабочего и даже фильмы Эйзенштейна. Большая часть работ привезена из Русского музея и Третьяковской галереи.

Итак, 100-летний юбилей шагает по стране... и Европе.

Продолжим тему революции. Тем более, повод есть очень актуальный. 22 февраля — 100-летие Февральской революции. С этого момента начнется масштабное движение, кульминация которого наступит в октябре. Мы, наш город, как родина, как колыбель трех революций станем эпицентром этих событий. К чему нам готовиться? Надо ли так масштабно отмечать или наоборот лучше достаточно скромно пройти этот юбилей, тем более тема революции, особенно после переворота на Украине, сейчас не очень актуальна. Но с другой стороны — нельзя оставить без должного внимания эти эпические события, которые перевернули ход мировой истории».

Михаил Викторович, первый вопрос. Как вы считаете: надо или нет — так масштабно отмечать 100-летие Октябрьской революции?

Михаил Ходяков, доктор исторических наук, профессор СПбГУ: «Было бы странно, если б мы замолчали эту дату и не отмечали ее. Даже те события, которые за рубежом проходят, говорит о том, что интерес большой».

Это в тренде, это бренд, это модно.

Китайцы же неслучайно сюда хотят приехать. Их интересует важный поворот у нас произошедший. Не деление революционного процесса на февраль и октябрь. Они понимают, что мы говорим о едином революционном процессе.

Не было Февральской, не было Октябрьской революции. Была одна.

Они были. Февральскую революцию мы рассматриваем как свержение монархии, установление власти временного правительства и власти советов. Эти этапы, которые до 1917 года страна переживала, погружаясь одновременно в общенациональный кризис, который, конечно, был связан с продолжением мировой войны.

И все-таки. Революция — это зло или добро?

Рассматривать мы ее будем и дальше как часть нашей истории. Здесь очень многое, что большевики просто наследовали. Не был, как в том гимне, «до основания, а затем»... Если мы посмотрим на органы управления или структуры, которые существовали: от наркомата финансов до наркомата путей сообщения — они на 90 % состояли из бывших специалистов. Это было продолжение. Или курс, взятый на централизацию в годы Первой мировой, введение продразверстки в конце 1916 года — это не большевистское изобретение. Это курс, взятый еще царским правительством, на выстраивание управленческой вертикали. А большевики подхватили это знамя. Естественно, они добавили своих красок, обострили процесс. Они мало чего изобрели.

Такой вопрос: добро это было или зло?

Есть два основных подхода к оценке революционных процессов в целом. Не только русской революции. Одни полагают, что революция по Карлу Марксу — локомотив истории. Другие — революции сами по себе ничего не меняют.

Но согласитесь: тема революции, кто прав, кто виноват — это сейчас превратилось в серьезный повод для социального раздора. Один из примеров — ситуация с фильмом «Матильда».

Его сначала надо посмотреть.

И все равно — тема революции насколько часто становится яблоком раздора?

Вчера беседовал с историком из Казахстана, который прибыл на стажировку в наш город. Он сказал: «Меня не все поддерживают в Казахстане, но я считаю, что без Ленина не было бы никакого Казахстана. Одна оценка. Другие ему запрещают в Казахстане публиковаться.

Дайте совет, как поступать в такой ситуации?

Я говорю своим студентам: уже давно у нас не страна советов. Поэтому советов не даю. Но то, что поменьше надо эмоций — это определенно.